Пиранья

Так что сердиться на мелкую подручную криминальной публики как-то даже и смешно…

Я сегодня – дождь!

пойду бродить по крышам,

буйствовать, панели полоскать,

в трубах тарахтеть

никого не слушать,

Никому ни в чем не уступать!

На сей раз Лаврик – Аллах его ведает, искренне или нет – изображал беззаботного веселого барда, услаждавшего честную компанию малоизвестными песнями. Он сидел на койке, опершись спиной о стенку, перебирал струны, время от времени улыбаясь льнувшей к нему Маринке. После того как выплыло на свет божий, что «ихтиолог Коля» человек не просто женатый, а еще и образец супружеской верности, Маринка, выйдя из роли подруги подруги, стала откровенно липнуть к Лаврику. Что в конце концов и привело к тому, что вчера Лаврик в домике появился только утром.

Я сегодня буду самым смелым,

самым робким – буду сам собой!

Разноцветным – синим, рыжим, белым,

радугу открывшим над рекой![9]

Он, как всегда, держался отлично – весельчак, душа компании, знаток и любитель бардовской песни. Хотя, никаких сомнений, его грызло то же любопытство, что и Мазура, профессиональное – а значит, любопытство в кубе. Осмотрев загадочный пакет, он согласился с Мазуром, что вскрывать пакет, а потом приводить в божеский вид – рискованно. Сказал, что подобное непременно следовало бы провернуть в Ленинграде, где куча хороших специалистов и хитрой аппаратуры, но здесь, прямо-таки в первобытных условиях – чревато. Он сказал еще, что есть все же вариант: сунуть пакет под рентген (уж дядя Гоша запросто обеспечит в местной поликлинике неболтливого врача), но по коротком размышлении отказался и от этого: мало ли что там внутри, легкое такое, не стоит по нему рентгеном шарашить. Есть более подходящий вариант: завтра всей компанией отправиться на пляж, оставив дома одну Ольгу (к которой тетя Фая уже привыкла, как к постоянной подруге одного из постояльцев) – а уж Олечка, улучив момент, тенью прошмыгнет в домик Еремеевых (они не запираются, да и будь он заперт, Олечка справилась бы с простеньким ширпотребовским замком в два счета) – и в темпе проведет там вдумчивый обыск. Что бы это ни было, Вадим его на танцы не потащит.

Так что, в полном соответствии с указаниями новоявленного босса в лице дяди Севы Мазур четверть часа назад передал пакет Вадиму вместе с предписанной легендой. По мнению Мазура, Вадим удивился вполне искренне – но, к большому сожалению Мазура, не стал пакет вскрывать при нем, тут же, во дворе, унес в домик.

– Я сегодня – дождь!..

Завершив длинным аккордом, Лаврик отложил гитару и глянул на часы:

– Ну, что-то Вера копается…

– Копуша, – недовольно поддакнула Маринка. – Я сама, пока выберу платье, черт-те сколько времени пройдет.