Пять мгновений любви (СИ)

Знаешь, как в Шреке на сцене облачка подвешенные висели и то закрывали сцену, то открывали, — объяснил Юра.

— Оооблако, — задумчиво протянула она, пытаясь его разглядеть, но оно не было похоже на него… — А похоже на что-то другое, неприличное, — смешок все же вырвался. — А вот это вообще чупа-чупс напоминает, почему оно такое круглое? Я могу немного сама подравнять? А почему краска только белая? Мне кажется, надо добавить голубой или сероватой, возможно немного розового, чтобы придать объемности. Они же должны быть как вата. Ой, а сами вы что делаете? — поток слов лился сам по себе, вынося из мозга все мысли, что даже мельком проносились. Ярослава заметила, что как только Юра оказывался где-то рядом, то она начинала нести всё подряд.

От нее не укрылось, как Вита подошла к нему и специально прошептала довольно громко:

— От нее шума больше, чем помощи будет. Зачем ты ее сюда притащил?

— Я могу уйти, — гордо вскинула голову и встала, намереваясь незамедлительно воплотить в жизнь эти слова.

— Нет! — слишком поспешно вырвалось у Юры.

Яра нахмурилась, сверля его глазами. У него был такой вид, будто он собирался сказать: “Пожалуйста, останься”, но либо не хотел говорить этого вслух, потому что гордость не позволяла, либо не хотел на нее давить. Она глубоко вздохнула, пытаясь понять, как будет лучше. Мысли толкались в голове, пульсировали и перебивали друг друга. В конце концов, снова села и пододвинула к себе краску. Юра присел рядом, протягивая строительный карандаш. Такой всегда при себе носил муж старшей сестры — Гена, который делал ремонты квартир под ключ.

— Ты можешь менять все, как хочешь. Если захочешь изменить форму, то подрисуй как надо, а я потом отпилю, — она молча приняла из его рук карандаш. — Мы делаем трёхъярусную сцену, с такими маленькими вырезанными картонными домами, которые будут располагаться на разных этажах, типа деревеньки. Ходила на спектакль “Скрипач на крыше”?

— Ходила, — голос ее звучал тихо и как-то глухо. Глаза подернулись пеленой, она провалилась в воспоминания: последний вечер перед отъездом Стаса, он пригласил ее в театр на этот самый мюзикл. Казалось, это было так давно, словно не в этой жизни, но всего прошло чуть больше трех месяцев. — Ходила, — еще раз повторила Ярослава, пытаясь вынырнуть из омута памяти.

— Плюс-минус должно получиться как у них, но раза в три меньше.

Она кивнула, открыла баночку и принялась за дело. Юра что-то еще хотел сказать, но так и не решился. Через несколько минут и вовсе ушел на какое-то время, а Вита больше не произнесла ни слова.

Юру взволновал тот факт, что Воронцова сегодня подошла первая и не один раз, а два. А теперь и вовсе находилась так близко, что до нее можно было дотянуться рукой. Ему хотелось с ней говорить, но он не знал о чем.