Песочные часы

Ты не знаешь, что бы это могло быть?

— Понятия не имею, хозяин.

От страха вспотели ладони. Мне казалось, что и голос немного дрожит. Виной всему — воспоминания. Я когда-то помогла беглым хырам и заплатила за это самым страшным наказанием и унижением в своей жизни.

— Ладно, спрошу у Мирабель. Что бы это ни было, оно сбежало. Живое, раз сбежало.

На этом меня отпустили, только работать не могла, раз за разом вспоминая слова о неотвратимости наказания.

Как и следовало ожидать, госпожа честно рассказала обо всём мужу. Прямо по возвращению, скинув мне на руки накидку.

— Разве что-то не так? — удивилась она.

— Нет, просто написали, что потеряли твою посылку. Ничего, я дам Лей денег, купит что-нибудь ещё, не такое подвижное.

Норн вышел и поманил за собой. Предчувствуя допрос с пристрастием, покорно последовала за ним в гостиную. Хозяин сел и указал на место против себя.

— Зеленоглазая моя, ты по-прежнему ничего не хочешь мне сказать, объяснить? — пальцы лениво поглаживали обивку.

— Что бы хотел услышать хозяин?

— Правду, всего лишь правду о твоём подарке. Таинственном демоне — или кого ты вдруг вознамерилась подарить знакомой. В любом случае, на зверушку у тебя банально не хватило бы денег. О твоём болезненном сочувствии той хыре, вернее, торхе. Я узнал, она тоже кеварийка. Это как-то между собой связано?

Я предпочла промолчать. Ложь погубит так же, как правда.

Но хотя бы Марайе помогла, не чужому человеку. Ради неё потерплю.

— Я помню твою реакцию на рассказ о той девочке. Будто ты знала что-то, чего не знал я. «Её вынудили», — сказала ты. Итак?

Низко опустила голову. Он знает. Догадался. Впрочем, хозяин умный и военный: их учат вычислять шпионов.

— Мне сразу идти к квиту, хозяин? Или дозволите повеситься самой? — обречённо прошептала я.

Повеситься не смогу, а вот большую дозу снотворного выпью. Надеюсь, это не запрещено законом?

Норн покачал головой и дёрнулся, когда я сделала шаг к двери.

— Ты боишься? Да, Лей? Если бы не страх, сказала бы? — он протянул ладонь, буравя взглядом полуопущенные веки. — Ты ей помогла, да? Просто кивни. Лей, я не позову квита.

— Значит, накажете сами, — чуть слышно пробормотала я, вспомнив, какую боль могут причинять эти руки. — Сорок ударов, хозяин?

— Признаёшься? — нахмурился хозяин и, ухватив, толкнул к себе. Не удержав равновесия, упала, ударившись плечом о диван. — Ты помогла беглой убийце?

— Она моя подруга, моя лучшая подруга. А тот норн заслуживал смерти! Делайте, что хотите, сверните мне шею, но я не могла поступить иначе, — на едином дыхании выпалила я.

— Значит, ты сознательно подписала себе смертный приговор ради подруги? Заменила её жизнь своей? — норн поднял меня на ноги. Губы сомкнулись в тонкую линию, глаза — как у зверя.