Пешка в большой игре

Он сложил трупы между сиденьями и накрыл брезентом, будто «Фольксваген» вёз обычный коммерческий груз.

— Поймают их ребята, тогда спросишь.

— Как бы те наших не поймали…

Сысоев промолчал. У него уже появлялась такая мысль.

Они шли по земляному полу с ощутимым уклоном, свет фонарей скользил по неровным земляным стенам, головы часто цеплялись за своды, и тогда сверху сыпались комья глины.

— Выключи фонарь и держись ближе ко мне, — сказал явно озабоченный Васильев. Этой штольней не пользовались давно, и передвигаться по ней было небезопасно. К тому же можно упереться в обвал, заблудиться. Тем более без схемы…

Несколько раз им встречались ответвления, пересечения коридоров, но Васильев шёл, руководствуясь одному ему известными признаками.

Сзади бухнуло, в спину подул ветер.

— Догонят? — напряжённо спросил Каймаков.

— Хрен им! Передóхнут, если сразу не вернутся. Или крысы сожрут.

На Васильеве были комбинезон и каска с фонарём, Каймакову он дал сапоги, ручной фонарь, газоспасатель и анализатор воздуха.

— Разные. Обычно с собаку-дворнягу. Кто-то видел — с кабана. Может, приврали…

— Как же так, в газетах писали — это неправда!

— Мало ли что там пишут! Ты вон тоже всякого написал… Давай налево!

Теперь они двигались по широкому, облицованному камнем коридору. Воздух здесь был заметно свежее и чище.

— Вентиляция работает?

— Уж лет двести. Никто не поймёт, как.

Путешествие под землёй продолжалось больше двух часов. Они прошли по сырым штольням, преодолели низкие лазы, побывали в гулких пещерах, с километр брели по журчащим в бетонном жёлобе нечистотам.

Каймакову то и дело слышались сзади шаги преследователей, раз в боковом коридоре мелькнули две зелёные точки — чьи-то глаза.

«Собака? — подумал он. — Или крыса?» По спине поползли мурашки.

— Приготовь оружие, — отрывисто бросил Васильев. — Здесь возможны неприятные встречи. Если что — стреляй.

— В кого? — нервно спросил Каймаков. — В крыс?

— В двуногих. Тут неподалёку коллектор канализации, через него всякая падаль — бомжи, беглые бандиты — сюда пролазит.

— А почему сразу стрелять?

— Да потому! Иначе глазом моргнуть не успеешь, как на тот свет попадёшь. Под землёй свои законы…

Вдруг впереди забрезжил свет.

— Что за чертовщина? — Васильев остановился и замер, вслушиваясь. — Вроде гул какой-то… Давай тихо…

Они осторожно крались навстречу свету и гулу. Наконец из-за поворота открылась удивительная картина: освещённый яркими прожекторами туннель, аккуратная круглая дыра в полу, люди в рабочих комбинезонах заливали её бетоном. Гул исходил от бетономешалки.

Васильев попятился обратно и, взяв Каймакова под локоть, потащил за собой.

— Что это? — спросил Каймаков, когда они отошли достаточно далеко.