Первый эйдос

Тролли оказались в болоте, увязли, и их вдрызг раскатали кикиморы, усиленные полуротой лешаков и егерским батальоном атлантов.

«Все как везде. Битва культур. Реслинг цивилизаций. Третий Рим насупился и лягает наглых самозванцев», – подумал Эссиорх.

Рядом в зарослях кто-то заурчал. Эссиорх вскочил. Старая тигрица ласково облизывала ягненка. Эссиорх рванулся было спасать его, но тотчас остановился и хлопнул себя по лбу. Он разглядел, что рядом с тигрицей стоит мать ягненка и благодушно наблюдает.

«Отвык я от Эдема! Уже десять дней здесь, а все не привыкну», – Эссиорх ощутил острую тоску. Тоска была странных форм и очертаний – она имела профиль Улиты, мотоциклетное седло и руль. Пахло от тоски смесью бензина и духов.

С Эссиорхом происходило то же, что и с Даф. Лопухоидный мир постепенно приручил его, перестроил под свои понятия. Уже и Эдем был не в радость, и райский сад не в райский сад. Недаром златокрылым после суток дежурства в лопухоидном мире давали неделю отгулов.

«Вот она, критическая точка! Чаша впечатлений переполнилась. Теперь меня будет тянуть назад», – понял Эссиорх и погладил тигрицу.

Тигрица заурчала, ткнулась носом ему в бок и зевнула, широко распахнув пасть. Ее дыхание не пахло сырым мясом, как дыхание земных хищников. Неожиданно тигрица прислушалась и с неудовольствием скрылась в зарослях. На голову хранителю спикировал озабоченный курьер с растрепанными крыльями, с веснушками и в круглых очках.

Курьер был очень молод, летал с умопомрачительной скоростью и все время терял депеши. Возвращался, искал, несся, снова путал, вручал их не тем и не туда. Вследствие этого часто оказывалось, что депеши быстрее было бы доставлять на черепахе.

– Вивус, что вы опять тут делаете? Кончайте возиться с животными и срочно летите в Тюмень! Одно крыло там, другое здесь! На сей раз ваша психопатка наглоталась обувного крема! – деловито закричал он.

Эссиорх дернулся и уже полетел было в Тюмень, когда до него вдруг дошло, что он не Вивус. Да и Дафна явно не из тех, кто будет сводить счеты с жизнью посредством обувного крема.

– Кажется, я обознался, – присмотревшись к нему, сказал курьер. – Хранителей из Прозрачных Сфер сейчас в Эдеме немного. Я должен проверить, нет ли у меня и к вам какого-либо поручения… Как вы сказали, вас зовут? Планктоний?

– Эссиорх.

– Эсси-орк? Не слишком звучное имя, хотя что взять с орка? Я догадывался, что вас зовут как-нибудь в этом духе. Для хранителя с нормальным именем у вас слишком много мускулатуры. Да и лоб мог бы быть повыше! – нагло заявил юнец.

Эссиорх деликатно сорвал лист с дерева терпения, понюхал его, пожевал и решил, что убивать наглого юнца не станет, а то судьбе будет некого пинать.

Курьер уже деловито рылся в почтальонской сумке.