Первый эйдос

Всякий раз, когда ему случалось бывать в Эдеме, он в первую минуту ощущал себя подобно человеку, который, окоченев на морозе так, что все мысли смерзлись в одну, вошел в тепло и теперь, счастливо улыбаясь и мало что соображая, стоит на пороге. Другое дело, что и тепла бывает порой слишком много и вновь начинает неудержимо тянуть во внешний мир, однако это ощущение наступает далеко не сразу. Несколько дней блаженного покоя и умиротворенности обеспечены.

Дни в Эдеме тянутся долго, хотя и пролетают мгновенно. Время не имеет над Эдемом особенной власти. Здесь как нигде понимают, что время – категория служебная и нужна лишь для линейной организации существования предметов в пространстве. Говоря проще – чтобы вчерашнее некислое молоко стыковалось с сегодняшним кислым, а вчерашний безбашенный студент с сегодняшним лысым занудой.

Свойство же Эдема таково, что время тут идет навстречу каждому. Если расслабиться, сто лет пролетят как один день, однако, когда необходимо, и секунда может тянуться десятилетие. Эту особенность здешнего времени часто используют влюбленные, которым вечно не хватает этой самой секунды.

Эссиорх медленно шел по Эдемскому саду. Над садом перекрещивалось три радуги. Над Прудом Утоления Печали молодые стражи обучались высшему пилотажу. На их белые крылья больно было смотреть. Изредка кто-то не справлялся с двойной бочкой или змейкой – и с коротким воплем врезался в воду."

"Эссиорх бродил по аллеям, с любопытством поглядывая на таблички. «Мандрагора благоразумия», «маслины мудрости», «орех бессмертия», «груша щедрости», «мандарин великодушия», «персик спокойствия», «виноград утоления неразделенной любви». На центральной аллее произрастала «слива сбывания мечт», однако Эссиорх заметил, что желающих срывать ее особо незаметно. Каждый понимал, что если все мечты неожиданно сбудутся, жизнь станет пресной, без перчинки и приятных сюрпризов. Существовал даже указатель к древу познания, однако никто туда не ходил. После Адама и Евы явных клинических дураков в Эдемском саду не было.

Эссиорх присел отдохнуть у колючего кустарника счастливых заблуждений. С него опять ободрали все ягоды, так и не дождавшись, пока они дозреют. Что ж, значит, снова кому-то валяться с резью в животе или, согнувшись, ковылять со стаканчиком к источнику исцеления.

В можжевеловой роще с суровыми патриотическими лицами шмыгали домовые. Они прочесывали местность в поисках прорвавшегося эльфа из западного сектора. Указанный эльф выглядывал, пускал одну-две стрелы, не слишком опасных здесь, в Эдеме, где смерти нет, и скрывался в ветвях. Это был обнаглевший разведчик, рассчитывавший на поддержку десанта горных троллей. Он не знал, что десант по собственной тупости телепортировался не там, где требовалось.