Первое правило королевы

Они ничего не знали про смерть губернатора Мухина и его жены и еще про то, что эта смерть каким-то образом касалась их хозяйки. А может, не хотели знать — их-то она никак не касалась!

— Привет, — сказала Инна им обоим, — не приставайте ко мне. Считайте, что я на работе.

Но они все равно приставали.

Джина повела ее прямиком к мискам, села, сделала грустные глаза и дернула хвостом. Это означало, что в холодильнике есть рыба и она об этом прекрасно знает."

"Покорившись, Инна достала кастрюльку с рыбой, выложила в две одинаковые миски две одинаковые горки, а остатки убрала в холодильник. Кошки проследили за кастрюлькой — поняли, что съедено еще не все и перспектива на вечер не так уж печальна.

Намудрил, намудрил академик Павлов!..

Сигареты и зажигалка лежали на прежнем месте и, рассердившись на себя за девчоночий трепет, Инна решительно сунула их в ящик, где валялась всякая мелочовка. Там им самое место.

Она сняла юбку и пиджак и, оставшись в колготках и блузке, пошла в кабинет, на разостланное газетное поле.

Нужно начать все сначала — вчера Ястребов не дал ей додумать, как именно эти газеты могли быть связаны с ней и с покойным Мухиным одновременно. Зачем он написал — «Селиверстовой»? Что имел в виду? Зачем вдова принесла их с собой в квартиру сына? Почему назначила ей свидание именно там?

Газеты — от стены до стены — привели ее в уныние.

Господи, что тут можно найти?! Как она станет искать?! И черная кошка в темной комнате сразу припомнилась, и еще подумалось, что, прежде чем искать, хорошо бы хоть приблизительно представлять себе, что, собственно, ищешь.

Мне надо, сказала она себе, и я найду. Еще не было случая, чтобы я отступила просто потому, что мне непонятно и страшно. Я найду.

Медленно продвигаясь по газетному полу, она стала читать все подряд и дочитала до самой двери.

Ничего подозрительного или странного. Обычная газетная трескотня, давно устаревшая и потому неинтересная. Тогда она по очереди перевернула все газетные полотнища и стала читать от двери до стены, и опять ничего ни странного, ни подозрительного.

Тогда она еще поизучала синие чернильные закорючки, сплетенные в ее фамилию. Зачем-то покойный Мухин сплетал их, зачем-то Любовь Ивановна притащила их в квартиру сына-алкоголика, зачем-то она назначила Инне встречу именно в этой квартире, хотя до этого велела приходить в другую квартиру, в свою!

Почему Любовь Ивановна передумала?

Инна задумчиво села прямо на газеты, как давеча кошка Джина.

Испугалась чего-то?..

Наверное. И даже скорее всего — ведь потом случилось то, что случилось, почти на глазах у Инны.

Она поднялась с газет, вышла в коридор, походила, вернулась и посмотрела. Опять походила и опять посмотрела.

Ей было страшно и холодно, зря Аделаида уменьшила отопление.