«Персефона». Дорога в ад

Оставалось войти в зону Метью — ловушку пространства, где магнитные моменты движущихся космических тел образуют «дыру» в современных понятиях о физике.

По крайней мере, так этот процесс объяснялся в учебнике по началам естественных наук. А специализацию по геометрии пространства Эберхард не проходил — зачем? Он не научник, а будущий эрцог. Ему надо паутину пилить, чтобы управлять причинами. Как Лес. А до Леса-Лессарда наследнику дома Аметиста — ещё ой как далеко!

Эрцог Локьё говорил, что Лес — самородок. Он кожей чует опасность, наощупь выбирает слабые места в узлах и линиях вселенских причин и давит вроде бы и не сильно, но в единственно нужное место.

Лесу повезло. Трудное детство научило его просачиваться, находить лазейки.

Он много раз ухитрялся уцелеть в пляске смерти, что кружит и затягивает слабых. И если уж он уверен, что катер проскочит…

Эберхард судорожно вздохнул, вспоминая, как прогуливал медитацию, чтобы подкараулить в саду племянницу регента Линнервальда — Лилию Биче. Миленькую, с кожей нежной, словно пушистые лепестки первоцвета.

Ах, какая она была вся воздушная, невесомая… А пахло от неё так, что можно было сойти с ума, если встать слишком близко.

Лес девчонками не увлекался вообще, Рао имел их столько, что не придавал сексу никакого значения. А вот Эберхарду нравилась только Лилия. Небесная и непорочная. Он и представить себе не мог, чтобы они хотя бы поцеловались.

— Попробуй сосредоточиться! — выбил его из мыслей голос Леса. — Помогай мне. Впереди «пустота», нужно её продавить. Она ощущается опасной, но совпадает с линией, которую мы заложили, рискнув отправиться в путешествие.

Эберхард потряс головой, пытаясь соощутить сказанное. Встроиться в него, увидеть тот фрагмент паутины, о котором говорит сейчас Лес.

Тщетно! Перед глазами стояла Лилия Биче!"

"Эберхард тряс головой, зажмуривался изо всех сил, пытаясь прогнать чудесный образ. Он только сейчас начинал понимать, как это важно — уметь управлять своими мыслями. Именно для этого ученики часами концентрировались на дыхании и осознании себя во вне.

Чего же он такой тупой и ленивый? А если они сейчас погибнут из-за его тупости?

— Хорошо пристегнулись, ташипы? — весело спросил Рао. — Готовность…

И тут на экране возникло вдруг белое полупрозрачное пятно.

Эберхард подумал сначала, что это помеха, что-то случилось с экраном. Уж больно это пятно было похоже на голографический блик на активном слое гелиопластика.

Глючит, поди? Ведь столбик скорости уже прижался к красному сектору. И секунды гудят и встают столбиками, а мир кривляется перед провалом в бездну.

Прыжок был всё ближе.