Матрешка в перьях

Хватит с нас ее самостоятельности! И дурацкое имя «Эжени» слышать больше не желаю, она – Евгения. Названа в честь моей матери.

– А где… – начал было Володя.

Но Иван Сергеевич не дал ему закончить фразу, быстро велел жене:

– Вера, принеси мои таблетки от головной боли. Нина, завари мне чаю.

Обе женщины молча встали и вышли. Буданов взглянул на Костина.

– Знаю, что вы хотели спросить, поэтому удалил их из комнаты. Ни жене, ни дочери не стоит слышать дальнейший разговор. Жена старательно убеждает себя, что Женя жива, а Верещагин двадцать лет назад ошибся. Я стараюсь поддерживать это ее заблуждение, опасаюсь нервного срыва. Сегодня и так пришлось снова те события пережить, как бы ей хуже не стало. А на самом деле наша родная дочь умерла, похоронена в могиле моей матери, Евгении Ивановны Будановой. Бабушка и внучка полные тезки, на памятнике написано одно имя, но в земле два гроба. Очень прошу не рассказывать об этом членам моей семьи. И, надеюсь, вы не сольете сведения прессе.

– Придется известить биологических родителей, что их дочь жива, – заявил Володя.

– Кто они? – живо поинтересовался бизнесмен.

– Данная информация не раскрывается в интересах следствия, – отделался дежурной фразой Вовка.

Буданов приподнял бровь.

– Женя их единственная дочь?

– Нет, – после короткого колебания ответил Костин, – есть еще ребенок.

– Отлично! – обрадовался Иван Сергеевич. – Передайте этим людям, что я готов заплатить им большую сумму, если они не станут встречаться с дочерью и оставят ее нам. Можете думать обо мне что угодно, но я люблю своих детей. В случае, если вы согласитесь вообще ни о чем не оповещать их, деньги пойдут на ваши счета.

Костин не стал возмущаться.

– Спасибо за щедрое предложение, однако давайте лучше подумаем, кто и почему мог похитить Эжени. У вас есть враги?

Буданов рассмеялся.

– Невозможно поднять бизнес, никому не перейдя дорогу. Но я бы не стал называть этих людей врагами, просто недоброжелатели всех калибров. Парочку я заработал вчера, когда заключил контракт с американцами.

– Можете составить список ваших недоброжелателей? – продолжал Костин.

– Хорошо, составлю, – согласился Иван Сергеевич. – Только вам его не один год проверять придется.

Глава 18

Нина не осталась у родителей, вышла из подъезда вместе с нами.

– Вот черт, опаздываю на совещание! – воскликнула она, занырнула в свою машину и уехала.

– Жена на меня сердится, – мрачно констатировал Костин.

– Не очень приятно выяснить, что родители тебе двадцать лет лгали и родная сестра вовсе даже не родная, – сказала я. – Но ты тут ни при чем. Нинуша на тебя не злится, просто шокирована. Не тереби ее сейчас. Лучше пригласи вечером в тихий ресторанчик, там и поговорите по душам. А еще лучше устрой дома вкусный ужин, купи цветы.