Перекресток трех дорог

– Почему ты отказываешься верить? – спросил его Клавдий Мамонтов

– Потому что лично я представляю ее себе абсолютно другой.

Полковник Гущин на это замечание лишь мрачно усмехнулся.

Дома в Спасоналивковском он опять отказался от ужина, попросил только крепкого чая и пил его так, словно его мучила сильная жажда. Девочки прибежали на кухню, однако Вера Павловна, глянув на сосредоточенные мрачные лица мужчин, сразу увела их в детскую – «не сейчас, видите, полковник, папа и Клавдий заняты». Но Сашеньку Макар у горничной Маши забрал – собрался накормить сам, сидел, ждал терпеливо, когда согреется бутылочка со смесью.

Вера Павловна вернулась и налила себе тоже чашку крепкого чая с бергамотом, как и Гущину.

– Сейчас по телевизору в новостях передали, – объявила она своим скрипучим голосом, однако весьма хладнокровно. – В Петербурге зарезали директора научного центра – пассажиры в маршрутке. Он их попросил маски надеть, что обязательно в транспорте. А они его начали избивать, один ножом ударил. Психоз… психоз распространяется сам, как эпидемия. И это притом что сейчас относительное затишье, лето, больных не так много, но что дальше будет?

– Вера Павловна, вы здесь в полной безопасности, – заверил Макар, наблюдая, как Сашенька обхватил ручками теплую бутылочку. – Мы не позволим ничему плохому с вами случиться.

– Хотелось бы верить, – ответила старуха-гувернантка.

– Когда все съест, дайте ему еще полбутылочки, – горничная Маша поставила и вторую бутылочку на подогрев, наблюдая, как Сашенька кушает на руках у Макара. – Такой ребенок, такой умница наш Александерчик… Я им прям восхищаюсь. Я-то думала раньше – младенцы все противные, орут постоянно, срыгивают. А наш золото-ребенок. Кушает плотно, днем спит, вечером вас ждет – дожидается. Гляньте, как смотрит – глазки какие умные! – бездетная одинокая пятидесятилетняя Маша при этом бросила взгляд из-под светлых ресниц на задумчивого Клавдия Мамонтова. – Сидеть пытался уже сегодня сам в кроватке, представляете? На головку опирается, на ножки, спинку выгибает и бах – уже на животике лежит, смеется, к погремушке тянется.

Сашенька с аппетитом чмокал, присосавшись к бутылочке. Вера Павловна допила свой чай и поманила Машу с кухни – идем, оставим их.

– Я не знаю, как все сложить в одну картиину, – сказал Клавдий Мамонтов, когда женщины ушли. – В принципе, я, как и Макар, отказываюсь верить.

– Что ты не можешь сложить, Клавдий? – спросил полковник Гущин.

– Та, которую мы ищем – Кавалерова Нина или Наина… она же пришла в госпиталь в самый разгар эпидемии. Пусть у нее антитела, какой-то непонятный врожденный иммунитет, но… сейчас обычные люди ведут себя ненормально – шарахаются друг от друга.