Пепел

Но сами знаете, как перевертыши в косолапых редки в этой части континента.

— Силы большой?

— Немалой, — кивнул охотник, проводя пальцами по вывороченным ребрам. — Видите, как борозды идут — снизу вверх. Обычно медведь всем весом наваливается, придавливает жертву и начинает драть. Рана тогда идет в другом направлении. Здесь же виден опыт, убить хотел сразу и надежно.

Народ толпился, с лестницы уже доносилось лязганье доспехов и крик герцога. Немного пьяный крик — видимо опохмелялся после бурной ночки. Эш понял, что это его последний шанс задать вопрос, расставивший бы все знаки по своим местам.

— Березка, вы не спрашивали у ребят — трупы всегда по двое находят?

— По их собственным записям — да. Всегда по двое.

— Так там еще и собственные есть, — задумчиво протянул волшебник, а потом беспечно улыбнулся. — Пойду, полистаю.

Юноша скрылся за дверьми покоев, попутно погладив по голове трясущуюся от страха Алису. Лари как мог успокаивал жрицу, для которой подобные потрясения были слишком велики. Девушка привыкла, что отряд всегда ходит по пещерам или лесам, где в основном сражается с тварями. Неважно какими — Алиса не боялась даже самых страшных и жутких. Но мертвые люди или иные разумные всегда заставляли её сердце дрожать от ужаса.

Волшебник уселся в «свое» кресло и ударил посохом о пол. К нему тут же полетели свитки, листочки и огрызки пергамента со всей комнаты. Обложившись бумагами, житель цветочного луга погрузился в чтение. Ему требовались лишь пара доказательств, чтобы понять, что же здесь происходит. Точнее даже, не что происходит, это то было понятно, а как от этого избавиться. А если совсем точно — кого для этого нужно убить.

Эш не радовался перспективе убийства, но если этого не сделать, то где-то в Срединном царстве умрет маленькая принцесса, мучающаяся от огненной лихорадки. Что важнее, жизнь маленького ребенка или оборотня-убийцы? Никто не вправе отвечать на такие вопросы, поэтому Эш просто делал то, что должно делать и будь что будет.

А там за дверьми шел жаркий спор. Что-то кричали герцог с герцогиней, пытаясь хоть как-то успокоить народ. Гвардейцы уносили тела. Маркиз пытался закрыть собой молодую жену, не позволяя той смотреть на изувеченные тела. Мери старалась доказать, что её отряд во всем разберётся и обязательно отыщет перевертыша. В толпе кричали, спорили, что-то жарко обсуждали, не зная, что делают это каждое утро на протяжении вот уже почти месяца. Не догадываясь, что к вечеру они все забудут и снова наполнят чарки неиссякаемым вином, а тарелки — бесконечным мясом.

Как только часы пробьют полночь и начнется пир, замок сделает шаг назад во времени, унося за собой людей, запертых, словно канарейки в занавешенной саваном клетке.