Пепел

На плечо волшебнику легла тяжелые рука Мервина и вскоре в авангарде шел коренастый рыцарь, закованный в кованную латную броню. Эш чуть улыбнулся — а демон его знает что там будет в этом замке. В конце концов он не один. В этот раз он встретит опасность плечом к плечу с бравыми сорви головами из отряда “Бродячих пней”. А этим молодцам и молодкам и сам демон не брат и не товарищ. Никто не заметил как чуть засветился самодельный посох магика.

Пока же наши герои спускаются к древнему оплоту волшебства, мы с вами в предпоследний раз перенесемся в прошлое. Ведь как я уже говорил, не узнав, что было “до” нам никогда не понять почему эта история закончится так, как она закончится.

Когда-то, Восточный пределЭш сосредоточился и прошептал Слово. Кусок породы, лежавший на коленях волшебника, вздрогнул и пошел рябью. Вскоре на свет показался миниатюрный каменный пони чуть больше дюйма в холке. Животное, созданное магией и волей, встряхнуло головой и широко распахнуло глаза, познавая новый для себя мир. Эш, умевший говорить с камнями, знал что те видят. Вернее “видят” не совсем подходящее слово для описания чувств камня, если у того вообще могут быть чувства. Но все же они слышали, видели и чувствовали.

Время для человека как бурный поток и чем дальше по нему плывешь, тем быстрее его воды и сильнее течение. Для камня время это безмятежное озеро — безграничное и бездонное. Для камня нет ни сейчас, ни потом, ни вчера, ни завтра. Камень не чувствует как люди. Он не знает ни печали, ни радости, ни страданий, ни мечтаний. Для него чувства, как молния в особо тихую грозу — лишь редкая вспышка на фоне мглистого неба.

Сказав Слово, Эш подчинил безмятежное озеро. Он разорвал твердь, проложив водам времени русло. Магик закружил ветра и поднял пороги, ускорив течение и сделав его быстрее мысли. Эш вложил в грудь камня сердце, горячее как сверкнувшая над костром искра; вольное, словно парящий среди гор орел и сильное, подобно вышедшей на охоту львице. И все это было лишь малой частью Слова, сделавшего из камня миниатюрное пони. Столь малой, что её звука вы не услышали бы даже обладай слухом столь чутким, что шепот новорожденного казался бы вам громом богов.

Вот что значит быть Мастером Тысячи Слов. Вот что значит волей, закованной в форму звуков, подчинять саму суть мироздания. Вот что значит…

— Бездарность! — рявкнул Ху-Чин, пребывающий в форме крылатого тигра."

"Рык чудовища заставил пони вновь пойти рябью и вернутся к форме камня. Стоило Эшу моргнуть, как дракон уже предстал в образе огромной обезьяны, а меньше чем через удар сердца перед юношей стоял прекрасный принц, словно сошедший с картины какого-нибудь известного художника. Когда

Синий Пламень гневался, то всегда непроизвольно менял свои обличия.