Пепел

Запомни, и никогда не забывай, что тебе ведомо далеко не все об этом мире и порой то, что может казаться правильным и простым, становиться таковым лишь из-за невежества и незнания.

— Да, шифу, — вновь поклонился юноша.

— Что же до твоей просьбы, — сердце волшебника забилось с немыслимой скоростью. Кровь так сильно стучала в висках, что практически оглушала. Эш, так и не разогнув спины, на деялся лишь на одно — его примут и не прогонят из стен монастыря. — Я не могу её выполнить.

— Но шифу! — воскликнул парень, сверкая глазами, в которых загоралось пламя пожара. — Разве я не выучил все шестьдесят три заповеди Ляо-Фень? Разве не доказал искренность своих намерений? Разве не поклялся собственным именем не причинять вреда невинным?!

— Все так, волшебник, все так, — кивнул настоятель. — И все же, увы, путь монаха — не твой путь.

— Да с чего вы это взяли?! — несмотря на гнев, в горле юноши застрял ком. — Откуда вам знать каков мой путь?!

Он представил, как ему придется покинуть гору, оставить позади разговоры с братом Джигом и музыку сестер и сейчас слышимую с улицы. Представил, как будет бродить по земле, не зная где и когда его подстерегут охочие до награды головорезы. Без дома, без семьи… Ком все нарастал.

— Мне это действительно неведомо, — голос мастера Линга оставался все таким же тихим и спокойным. — Но мудрость Ляо-Фень позволила мне прозреть суть. Брат Эш, боги прокляли тебя за то зло, что твои руки принесли на земли королевства Арабаст.

Магик дернулся и скривился — опять притчи о богах и их проклятьях.

— В таком случае, — юноша часто заморгал, пытаясь сдержать предательскую резь в глазах. — Зачем же вы отправили Джинджинга на поиски? Почему именно его, когда любой другой убил бы меня не задумываясь!"

"Старик легко, словно и вовсе взлетел, поднялся на ноги и подошел к волшебнику. Старая, морщинистая рука необычайно крепко сжала плечо бывшего генерала, чье сердце в данный момент трепыхалось подобно плененной птице.

— Однажды, когда будешь готов, ты найдешь ответ на этот вопрос. А сейчас послушай меня, Мастер Тысячи. Никогда у тебя не будет ни дома, ни края, куда бы ты смог вернуться. Судьба будет вечно гнать тебя, подобно безвольному перекати полю, и всюду, куда бы не ступила твоя нога, расцветут алые цветки пожаров и черные бутоны смертельных бед. Боги прокляли тебя стать орудием в их руках и нести беду туда, где она должна произойти по Их плану. В вечности ты проклят быть левой рукой богов. Но все это потом, а сейчас же давай насладимся последней нотой сестер. Боюсь, по их музыке я буду скучать больше всего…

Эш прикрыв глаза, силился не дать волю кому в горле.