Пепел на обелиске

Это знает и генерал Альказ, считающийся среди офицеров флота избранным, и знают Верховные Управляющие. Поэтому, я хочу попросить вас, сейчас, в эту минуту довериться мне.

— Я хочу передать вам некоторые знания. О нашей расе. Наших обычаях, и нашем языке. Я хочу, чтобы привезя запись генералу, вы понимали все, о чем будут говорить между собой офицеры Ксены. А главное, чтобы вы могли на равных говорить с верховным техножрецом, которого я оставил на линкоре вместо себя.

— Говорить, в смысле так, как говорим мы сейчас?

— Ну и зачем вам это? Разве передача таких знаний, не будет сочтена предательством интересов расы? Да и вряд ли я смогу воспроизвести ваш язык.

— Сможете. Наш язык состоит из двух частей. Одна, это вербальное общение, позволяющее ксеносам общаться с существами не своей расы. Вторая, язык тела. Язык, которым общаются между собой только ксеносы, просто потому, что у вас нет таких частей тела, как клыки, когти, шейный гребень. Это язык высших. На нем говорят только воины, офицеры, и техножрецы. Даже рабочие особи не способны понять его. Я научу вас вербальному языку. Но этого будет вполне достаточно, чтобы уловить малейшую агрессию, направленную в вашу сторону. А главное, это очень сильно расширит возможности вашего разума.

— Не понимаю, зачем вам это, — ответил Влад, инстинктивно пожав плечами.

— Я боюсь не дожить до возвращения. И хочу обезопасить вас. Вы с самого начала вели себя честно. Вы воин, и ваша честь незапятнанна обманом. И я хочу донести эту истину до тех, кому вы будете передавать запись.

— Но почему именно сейчас?

— Это хороший момент. Я смог сосредоточиться, и готов отдать вам все, что обещал.

— По-моему, вам сейчас нужно думать о том, что происходит.

— Это, я и так знаю. Я это чувствую, — прозвучало в ответ с легкой усмешкой.

— Как это может быть? Вам же дали обезболивающее!

— Ваш друг не учел, что у нас замедленный метаболизм.

— Так он режет вас на живую?!

— Да. И сейчас мне очень больно. Но в данной ситуации, боль, это хорошо. Она поможет мне очистить мой разум от посторонних эмоций и заставит сосредоточиться на деле.

— Может, лучше остановить операцию?

— Нет. Ни в коем случае. Врач должен делать то, что делает. Это поможет ему найти правильный способ избавить нас от этого проклятья. Так вы согласны?

— Вы готовы принять от меня знания?

— Что я должен делать?

— Присядьте. После воздействия на ваш разум, вы можете на некоторое время потерять сознание. А потом, в течении некоторого количества времени будете дезориентированы. Но вскоре, все встанет на свои места. Так вы готовы довериться мне?

— Тяжелый вопрос, — откровенно признался Влад.

— Спасибо, — неожиданно ответил ксенос.

— За вашу откровенность. Я знаю, что вы не верите мне. Но вы не стали унижать меня ложью.