Человек из Пекла. Книга 3

Двое подошли к Кумару, тот забился и даже вырубил одного с локтя, свернув нос набок. Подскочили ещё двое и снова началось избиение. Лекса заревела не своим голосом, тоже забилась, чуть не выдирая руки из браслетов, но тщетно.

— Ну всё-всё, хорош! Он мне ещё живой нужен и так уже, как отбивная выглядит! — рявкнул Рага.

С кушетки поднялся Леон, плотоядно глянул на Анжелику:

— Ну а я пока с тобой развлекусь, красавица. Не по мне эти голубые оргии.

— С…ка, тронь её только, я тебя на части разорву, гнида! — глухо прорычал Дима, но вызвал лишь смех. А Анжелика, до этого безучастно наблюдавшая за творимыми зверствами, попыталась подальше отодвинуться, но только цепи натянула.

— Дима! — вскричала она, когда Леон двинулся к ней.

— Ты, тварь конченая! Чё, на слабеньких, с…ка, тянет?! А нормальную бабу, вроде меня, замять очкуешь?! Ну да, куда уж тебе, импотент ё…аный! Шлюхин высер! Ёе-то и тростинкой переломить можно, а со мной так не выйдет, слабак, тряпка половая, а не мужик, х…йло дрючное! — заорала вдруг Лекса, перетягивая внимание на себя.

А Диме стало настолько паскудно от бессилия, вон, даже Лекса впрягается, а он, убивавший Элиту, десятками крошивший тварей чуть ни голыми руками, прошедший Пекло, стоявший лицом к лицу со скреббером, что?!

— Заткнись, уё…ище! На тебя и так, вон, очередь целая, так что мужиков ты сегодня познаешь вдоволь и кончёй тебя по самые гланды зальют, — ответил Леон, совершенно не обративший внимания на тираду Лексы.

Дима задёргался, срывая кожу железом наручников, попытался встать, завалился, снова встал, выворачивая суставы в попытке хоть что-то сделать.

Анжелика завизжала, когда Леон к ней приблизился, вжалась в стену. Заорали и остальные, обещая всяческие кары на головы ублюдкам. А те лишь гоготали, надрывая животы, а один из них снимал всё на камеру.

Как только щёлкнули замки на запястьях Анжелики, она вдруг резко изменилась в поведении, замолкла и как могла, врезала Леону сначала промеж ног, тот хрюкнул и тут же завалился, а потом и зубами вцепилась, метя в горло. Но тот прикрылся рукой, затем, сквозь боль в промежности, схватил за волосы бьющуюся девушку, оттянул её и второй уже рукой раза три ударил её в лицо. Анжелика обмякла и Леон откинул тело от себя, тяжело встал, держась за ушибленное место.

— Ну чё, Леончик, ты хоть сможешь теперь? — заржал Рага, а за ним и остальные.

Усмехнулся и сам Леон, посмотрел на лежащую без сознания девушку, на Рагу, на бьющегося и вырывающегося Медоеда, ответил:

— Теперь с ещё большим удовольствием сломаю её, а потом и ты смотреть будешь, как я её трахаю во все дыры, а она мне подмахивать будет! — и с оттягом пнул Анжелику в живот. Та аж очнулась, её тут же вырвало, остатками уже, желчью…

— Ну я пошёл. А вы тут развлекайтесь.