Человек из Пекла. Книга 3

Вы двое, возможно, умрёте быстро, — он указал на Кумара и Бесогона. — Вы нам не нужны, можем и сейчас вас грохнуть, но так не интересно. А вот ты… — он ткнул коротким толстым пальцем в Диму. — Особый случай. Отрубим тебе руки и ноги, на спеке держать будем и станешь ты кинозвездой у нас. Поверь, жить будешь долго. Пока я этого хочу. Вьюн, — чернявый указал на тощего, забитого партаками по шею бандита. — Не даст тебе Дарами пользоваться и проследит, чтобы ты не сдох. Он у нас ещё и за лепилу. Жаль, не знахарь, но многое умеет. Падла! — он подскочил вдруг к Медоеду и пнул в лицо, аж искры посыпались. — Знахаря нашего как раз и завалил, с…ка!! Хух! — Выдохнул он под конец, успокаиваясь. — И да, перед тем, как вас двоих, — глянул снова на Бесогона с Кумаром, — тварям скормим, поглядите, как мы с девочками вашими развлечёмся.

— Э-э, Рага, ты за вон ту говори только! Красотка моя! — вставил Леон.

— Твоя, твоя, Леон. Но ты же не откажешься, чтобы и они посмотрели, как ты её ломать будешь.

Леон гадливо поглядел на Медоеда:

— Не откажусь, конечно.

Диму клинило от страха за Анжелику, от злости, от безысходности. Девушку же трясло от страха. Лекса ругалась, Кумар тоже что-то пытался выдавить из себя, но получалось плохо, видимо челюсть ему всё-таки сломали. Бесогон молчал, лишь бешено вращая глазами и если бы мог, сжёг бы всех взглядом до состояния мелкодисперсного пепла.

Главный хлопнул ладонями и громко сказал уже своим:

— За работу, парни! И так с этими уродами провозились сколько!

"Парни" удовлетворённо загалдели и стронулись с мест. Каждый из них знал, что надо делать. Четверо вышли из помещения, главный уселся на кушетку рядом с Леоном. Остальные стали готовить оборудование, переставлять камеры, свет. Через пару минут где-то снизу глухо затарахтел генератор…

Медоед пытался хоть как-то успокоить Анжелику и с этим думал, думал, думал, как же выпутаться из этого дерьма. Влипли они серьёзно. Очень серьёзно. Но время, судя по всему, ещё есть и должен, просто обязан найти выход…

Снизу раздались пронзительные крики и через минуту двое втащили бьющихся в истерике женщин. Одну, умоляющую отпустить, споро пристегнули к стене рядом с кроватью, вторую грубо бросили на матрасы, срывая по дороге остатки одежды. Она было рванулась, но сильный удар ноги в бок выбил всё желание сопротивляться.

Чернявый встал, прошёлся по помещению, остановился напротив рейдеров.

— Ну что, начнём, пожалуй. А вы, гости дорогие, наслаждайтесь и тоже примеривайте роли. Если предложите что-то новенькое, будем рады, — осклабился он и сделал шутовской реверанс. Вокруг засмеялись под вой и плач жертв.