Пардус

Не ожидавшая такого, Татьяна упала на пружинный матрас и ударилась о стену с такой силой, что спина мгновенно онемела.

— Ты была в подвале! — зарычал отец. — Рылась в моих вещах, шарила в лаборатории! А я ведь строго-настрого запретил тебе даже подходить к ней!

Татьяна с трудом поднялась на ноги. Она хотела ответить, но не могла. Удар вышиб воздух из легких.

— Ты копалась в моих бумагах! — рявкнул Федоров. — Думаешь, я этого не заметил?!

Он размахнулся и ударил дочь по лицу. Голова Татьяны дернулась назад, щека полыхнула огнем. Из глаз сами собой полились слезы.

— Ты лгал мне, — тихо произнесла девушка. Она думала, что ее голос будет дрожать, но он звучал твердо. — Лгал… всю мою жизнь. Больше я тебе этого не позволю!

— Еще одно слово, и я изобью тебя до смерти! — рявкнул отец.

В этот момент он был похож на безумца, и Таня с ужасом поняла, что он говорит правду.

— Что ты там искала?!

Сердце Татьяны почти выскакивало из груди.

— Доказательства! — крикнула она ему в лицо.

— Какие еще доказательства?!

— Что ты ставишь на мне опыты, — выдохнула она.

Вторая пощечина едва снова не сбила девушку с ног, и она закричала от испуга и боли. Отец вновь размахнулся. Татьяна бросилась к двери, но в комнату вошла Тамара Петровна и преградила ей дорогу. При этом она мило улыбалась.

— Зачем же так усложнять? — спокойно спросила она. — Девочка допустила досадную ошибку, но мы ведь можем все исправить! Всего один укольчик, и она обо всем позабудет… Правда, дорогуша?"

"Только теперь Татьяна увидела в ее руке стеклянный шприц, заполненный светящейся желто-зеленой жидкостью.

— Нет. — Она попятилась назад. — Вы этого не сделаете…

Рука отца опустилась ей сзади на плечо и сжала с такой силой, что девушка взвизгнула. Оболдина с улыбкой шагнула к ней, поднимая шприц.

— Я уже начинаю жалеть, что удочерил тебя! — проговорил вдруг отец.

И тут все встало на свои места. Она ему не родная дочь! Он никогда не любил ее, не относился к ней, как к своему ребенку. И она никогда не испытывала к нему ничего, кроме страха…

Эти мысли словно придали ей сил. Девушка с криком вырвалась из цепких рук, оттолкнула Оболдину. Тамара Петровна, не удержавшись, рухнула на пол, и шприц разбился. Светящаяся сыворотка расплескалась по полу.

Татьяна метнулась в коридор и быстро побежала к лестнице.

— Не дайте ей уйти! — завизжала Оболдина.

Федоров, громко топая, бросился за девочкой. У самой лестницы ему удалось догнать ее и схватить за ворот футболки. Татьяна резко рванулась вперед. От неожиданности он разжал пальцы, и девушка с грохотом покатилась по деревянной лестнице. Пересчитав все ступени, она рухнула на пол у подножия лестницы и так и осталась лежать, словно тряпичная кукла.

— Дьявол! — испуганно воскликнул Федоров.