Пардус

Она проскочила между Обелиском и стеной салона, перекувырнулась через голову, вскочила на ноги совсем рядом с Персефоной и молниеносным движением сорвала пентаграмму с ее груди. Ведьма издала гневный вопль, Черный Обелиск тут же растворился в воздухе, дым будто всосался в пол и потолок.

Безжизненный череп свалился на ковровую дорожку.

Персефона наотмашь ударила Татьяну жезлом, девушка отлетела к стене и врезалась в стол.

— Убей Ищейку! — крикнула ведьма Щеглу. — Иначе я сама прикончу тебя!

И бросилась на Татьяну. Она вцепилась в медальон, который девушка все еще сжимала в руке, и попыталась его отобрать.

— Отдай! — вопила она. — Он мой!

У Татьяны рука не поднималась на такую малявку — Персефона была на голову ниже ее. Но ведьму, похоже, разница в росте не заботила. Она снова замахнулась жезлом. Тогда и Татьяна не стала церемониться: вырвала руку из хватки Персефоны и с силой оттолкнула девчонку от себя. Сэнтери шлепнулась на пол."

"Щегол схватил Гордея сзади за плечи и ударил головой об стол. Лестратов сильно дернулся вбок, и они вместе рухнули на стоящие рядом стулья. Щегол ударил противника кулаком в лицо, потом еще раз. Лестратов пошатнулся, но тут же выхватил меч и стремительно очертил им вокруг себя. Щегол отпрянул к стене, схватил с ближайшей тумбочки длинный настольный светильник и обрушил на голову противника. Гордей упал на живот. Щегол навалился сверху, обхватил горло противника и начал его душить.

Гордей привстал на коленях, вскинул обе руки и схватил Щегла за шиворот, затем швырнул через себя вдоль прохода. Наемник разнес вдребезги бар и рухнул. Сверху на него свалился разбитый шкаф.

В это время Персефона ударила скипетром по ногам Татьяны. Девушка громко вскрикнула от боли и упала на пол. Сэнтери запрыгнула на нее сверху и прижала жезл к шее Татьяны.

— Занятно! — выдохнула ведьма. — Профессор Штерн не предупреждал, что у его дочери такой шустрый клон! Зря ты сюда заявилась, жалкая подделка! Глядишь, пожила бы подольше!

— Я не подделка! — возмущенно крикнула Татьяна.

— Да какая теперь разница?! — расхохоталась Персефона. — Черному Обелиску безразлично, кого пожирать!

Она вскочила и помахала левой рукой. Татьяна увидела в ее пальцах медальон с пентаграммой. Ведьма каким-то образом ухитрилась его выхватить!

Персефона закатила глаза к потолку и громко что-то крикнула. Череп, лежавший посреди салона, плавно поднялся в воздух и окутался тьмой. Его глазницы снова полыхнули огнем, вверх и вниз вытянулись клубы густого черного дыма.

— Теперь вам обоим не поздоровится! — зловеще произнесла Персефона, направляя жезл на Татьяну и Гордея.

Черный Обелиск поплыл к своим жертвам.