Пардус

— Вы хоть осознаете, что в этих коридорах почти двести лет никто не бывал? — произнесла вдруг Персефона."

"При этих словах все смолкли, словно прочувствовав торжественность момента. Ведьма была права. На земляном полу не виднелось ни единого следа человеческой ноги, лишь разросшиеся корни и небольшие булыжники, обвалившиеся с потолка.

— Так куда нам идти? — спросил Ликой.

Персефона раскрыла книгу. Гектор посветил фонариком на карту лабиринта.

— За мной, — сказала Персефона и решительно зашагала по коридору. — Если идти от утеса, то нам в ту сторон у.

Агата сняла с головы жемчужную сетку. Ее длинные волосы рассыпались по плечам и засияли призрачным голубовато-зеленым светом. В лабиринте сразу стало гораздо светлее.

— Умница, — похвалила ее Персефона. — Будь рядом со мной.

Агата усмехнулась и подошла к Персефоне.

— Я могу еще кое-что, — произнесла она.

В руке Агаты вдруг полыхнул шар голубого пламени, и она швырнула его вглубь лабиринта. Шар понесся по темным коридорам, выжигая переплетенные корни. Запахло гарью, обгорающие корешки посыпались на земляной пол. Скоро огненный шар скрылся за поворотом, и его свечение погасло, но теперь заросли не преграждали экспедиции путь.

Гектор подтолкнул Гордея.

— Ты следующий, — сказал он.

— Боишься, что нападу сзади? — усмехнулся Гордей.

— Нет. Но ты Ищейка. И я буду следить за твоей реакцией. Мы все будем следить.

— Что я должен почуять? — спросил Гордей.

— О, ты сам поймешь, — усмехнулся Гектор. — Мы не пройдем мимо нужного места!

Тоннель, в который они попали, оказался узким и бесконечно длинным. По нему могли идти рядом лишь два человека. Со сводчатого потолка свисали не только обгоревшие корни, но и клочья уцелевшей от огня паутины. Им приходилось раздвигать их руками, словно занавеси.

Свет фонариков и волосы Агаты освещали дорогу, но этого было недостаточно. Тьма подступала со всех сторон. Персефона отслеживала по карте все повороты, но пару раз они заходили в тупик. Приходилось возвращаться и начинать все сначала. Страшно представить, как бы они шли без плана. В этих коридорах ничего не стоило заблудиться.

Никита разглядывал стены, сложенные из массивных каменных глыб. Их покрывали непонятные письмена, выбитые прямо в камне.

— Что это за надписи? — спросил он.

— Заклинания на древнем мертвом языке, — ответил Гордей, — сдерживающие заклятия. Они призваны не выпустить вурдалака из его гробницы.

— Закревский хорошо разбирался в этом, — согласилась Персефона.

Гектор не сводил глаз с Гордея.

— Ну как? — спросил он. — Чувствуешь что-нибудь?

— Ничего особенного, — признался Гордей.

— Странно, — произнесла Персефона. — Если верить карте, мы уже практически в центре лабиринта. Гробница где-то недалеко.