Паноптикум

 — С просто непередаваемым наездом кинул претензию он, резко срывая с меня одеяло.

— Давай я тебе скорую вызову! — рявкнула в ответ, злобно глядя в это нахальное лицо, сурово сдвинувшее брови.

— Еще один выебон и тебе самой скорая понадобится. — Сквозь зубы предупредил Эмин. — Что надо пить от простуды?

Я правда растерялась. На секунду.

— Водку с перцем, мистер я-чихнул-несите-мне-гроб!

Вот сама говорю, понимаю ведь, что не надо этого делать, что он уже раздражен и ничем хорошим это явно не закончится, а сама говорю. Потому что это вообще ни в какие ворота! Криминальная сволочь, блядь! Людей взглядом нагибает, стоит хуй знает на каком уровне, на него смотреть бояться иной раз, два боевых теленка по стойке смирно встают стоит ему в поле зрения появится, и что ты! Температура у него, а я с опахалом вокруг не бегаю и смертный одр не готовлю! Вот это как вообще?!

Но Эмин умел предупреждать взглядом. Скорая мне действительно могла понадобиться. Нет, не из-за физических увечий. Там скорее психиатрическая бригада будет нужна. Потому что вот чувствовалось, что эта сука сейчас мгновенно просчитала варианты и готова методично, но быстро и ювелирно точно душу мне выебать до состояния невменяемости. Я, зло сцепив зубы, отобрала у него пакет намеренно оцарапав его пальцы ногтями и пошла на кухню. Вернулась с таблетками и стаканом воды.

Ублюдок Асаев сидел на диване с непроницаемым лицом и тыкался в планшет. Не поднимая на меня взгляда, требовательно протянул руку. Как служанке. Сука.

— Головка бо-бо, горлышко болит, температурка повышена. Эмин, тридцать два годика, бандитик. — Язвительно бормотала я впихивая ему таблетки и протягивая стакан с водой.

Который тут же был с пугающей силой и скоростью отброшен в сторону окна. И разбил его.

Я оторопело смотрела на осколки, быстро съезжающие по мокрому тюлю и осыпающиеся на подоконник и паркет и поняла, что в горле у меня пересохло. И что мне страшно сейчас смотреть на Эмина. Но нужно.

В его потемневших глазах очень ясно читалось, что там, у себя в мыслях, он разбивал окно не бокалом, а моим лицом.

— Что бы к вечеру стекло поменяли. — Ровно произнёс Эмин, поднимаясь с дивана и, подхватив планшет, пошел на выход. — На ужин приготовь мясо с овощами на гриле. В десять приеду."

"Я смотрела на осколки, прикусив губу и сдерживая сумбур эмоций. Это разозлило. Вызвало оторопь. И напугало. Особенно напугало. Одно движение, звон битого стекла и тьма в глазах. Нет, он бы не тронул. Он уже никогда не тронет. Но вот такое будет часто. Потому что… как бы я его не понимала, как бы полярности у нас не сходились… В буре, минус на плюс и полная стабилизация, да. Но в штиль может быть дикий разнос. До осколков. Так и будет, если я вовремя не остановлюсь.