Панк 57

– И когда ты писала мне, – спрашиваю, – чтобы я не покорялся отцу, верил в себя и был верен себе, ни о чем не жалел, почему ты советовала мне все эти вещи, когда сама им не следовала?

Она отводит глаза, но я не отступаю. Я смотрю на нее и жду ответа. Зачем проповедовать мне то, на что у тебя самой не хватает смелости?

– М-м-м? – тороплю ее я, слегка опуская голову, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Потому что… – шепчет она, избегая моего взгляда. – Потому что мы все желаем лучшего людям, которых… – она очень часто дышит и шепчет едва слышно, – любим.

Я резко вдыхаю воздух. Боже, что она со мной делает?

Я бы все отдал – все – за то, чтобы обнять ее прямо сейчас.

Подхожу к ней и начинаю гладить по щеке. Мой рот прямо напротив ее губ.

– Райен, пожалуйста…

Слезы и тихие всхлипы начинаются снова. Я пытаюсь ее успокоить, но она отталкивает меня.

– О господи, убирайся, – плачет она, подняв руки, чтобы я ее не трогал. – Я на тебя сейчас даже смотреть не могу. У меня это все в голове не укладывается. Мне так плохо.

– Райен, пожалуйста, – умоляю я, чувствуя, как боль из груди распространяется по телу. – Я люблю тебя…

– Боже! – перебивает меня она. – Убирайся вон!

Я вздрагиваю. Слезы обжигают глаза. Мое сердце разрывается на части. Она закрывает голову руками и наклоняется, рыдая.

Я не могу вернуться в прошлое и все исправить. Может, с другими она и вела себя мерзко, но по отношению ко мне всегда оставалась хорошим другом. А вот обо мне этого не скажешь. И хотя она часто вела себя раздражающе, это я все испортил. Поэтому мне и отвечать."

"Я наклоняюсь, поднимаю ингалятор и кладу на стол на случай, если он ей понадобится.

А потом вылезаю через окно на крышу и возвращаюсь в Бухту. Я не поеду домой.

Никуда не поеду, пока она не будет моей.

Глава Шестнадцатая

Райен

– Где ты была утром? – спрашивает Тен. В его голосе слышны тревожные нотки. – Лайла сказала, что ты пропустила тренировку.

Я иду по школьному коридору, а он шагает за мной. У меня остается очень мало времени: только чтобы взять вещи и бежать наверх – пока урок искусства не начался.

– Я устала. – Надвигаю бейсбольную кепку еще чуть ниже на лоб, чтобы спрятать покрасневшие глаза.

– Ты проспала? – смущенно спрашивает Тен. – Тренер заставит тебя за это много лишних кругов пробежать.

Уверена, так оно и есть. Но сейчас мне совершенно не до этого.

Все утро, пока принимала душ, сушила волосы и красилась, мысли невольно возвращались к Мише, сердце снова разрывалось на части и я начинала рыдать. Я так и не смогла накрасить глаза, так что взяла с собой кепку.

Глаза горят, веки будто свинцовые. Закрываю их, и боль отдается в переносице. Сильнее сжимаю ручку сумки, тщетно надеясь, что его не будет на уроке.