Память пепла

Ему казалось, что все они шепчут про себя: «Как же так? За что ты ее? Ты же знаешь, что другие миры существуют! Ты знаешь, Миро… Ты знаешь! Нам повезло меньше, наши родственники действительно не знают. Они считают нас больными. Сумасшедшими! Но ты, Миро? Ты… За что?»

Полковнику хотелось закрыть голову руками, закричать, ему вдруг стало невыносимо жарко, сердце пустилось вскачь, он выбежал за территорию больницы и, тяжело дыша, опустился на скамейку.

Рузи умерла. Ее тело было передано имперцами с личными соболезнованиями императора. Что ему их соболезнования? Пусть…

И тогда он решил, что дочь он не отдаст. Никому. Никакой магии, империи, чкори… Хватит! Таисия будет нормальным ребенком!

Сейчас она обычная девочка, которая любит мягкие игрушки, как все дети. Вон какого кота купили на прошлой неделе – серого, мохнатого, с пятнышками на макушке. Потом гуляли в парке, катались на карусели. И вот зачем она пришла? Сестра его? Будто из сизого дыма возникла… С трубкой, пахнущей малиной, в цветастых юбках… Цирк! Зашептала про то, что это не просто кот, это дух-хранитель древней магии, и что когда Тая вырастет… Тьфу!

Она вырастет и будет ходить на дискотеки! Парней он, если что, приструнит, не зря же в органах работает. А сейчас, пока не выросла, он должен защитить ее от Зары! Любым способом…

Воспоминание вспыхнуло, будто падающая звезда, и тут же исчезло. Ночь. Звезды. Барс с синими глазами. Миро присмотрелся внимательнее. Ему кажется, или силуэт зверя почти растворился в лунном свете? Как будто он… исчезает. Прощай, галлюцинация. Даже жаль с тобой расставаться. Синие глаза вспыхнули на прощание…

– Прощай, Скользящий… Ты не принял меня, – метелью взвыло в голове чкори.

– Старый болван… Ты же убиваешь его!

Запах малины, стайка синеватых колечек танцует вокруг головы. Зара… Пижама, плед с бахромой, накинутый на плечи. Она как будто стала ниже ростом. Морщин прибавилось… Он, наверное, тоже не помолодел за эти годы, но ведь это же лишь игра его воображения. Или… нет?

– Прими его, Миро. Неужели ты не чувствуешь? Этот зверь – твоя душа.

Да… Плохо дело, Мирослав Петрович, совсем плохо! Справится ли Станислав Адамович, вот вопрос. Хотя… На то он и психиатр, чтобы с его видениями разбираться, а он того… Устал немножко. Поэтому сам бороться со своими видениями не может. Сил у него нет… Так что…

– А ну иди сюда! Иди, иди, не бойся! Иди сюда, зверь, иди ко мне! Ишь какой, а? Красавец!

Чем дольше он говорил, тем отчетливее видел барса и тем больше понимал, что ни за какие сокровища на свете не расстанется с ним! Зара права. Он – его душа.

Рояль имперцев сильно отличался от инструмента, к которому он привык в графстве, но если немного привыкнуть и избавиться от песка…

Рэм любил играть. Любил побыть с инструментом наедине.