Память пепла

Может, рано он расклеился, а? Не спускался к нему луч золотого света, не летел он через тоннель, как рассказывают. Хотя что там рассказывают? Все только теории, предположения. Ничего-ничего… Ничего. Повоюем еще, даст Бог. Вот уйдет эта его… галлюцинация… Ну, ты уж, брат, прости. Прости… На правду не обижаются. Ишь какой, а? Красавец! Как есть красавец! Так вот о чем это я? Ах да. Вот уйдешь ты, и надо будет к Станиславу Адамовичу, значит… На консультацию.

Он вспомнил Зару. Нехорошо, конечно, получилось. Родственница все-таки. И Рузи ее любила, хотя она его троюродная сестра. Только они с ней общего языка никогда не находили.

А Станислав Адамович человек высочайшей квалификации. Сколько контуженных через его руки прошло!

Вспомнил, как первый раз обратился к психиатру с просьбой. Сделали все незаметно, встретились в кафе. Только Зара сразу все поняла. Поняла и спорить не стала. Согласилась лечь в клинику. Он носил ей краски, холсты, кисти – все, что просила. Станислав Адамович не запрещал, даже наоборот, приветствовал:

– Живопись – это прекрасно, Мирослав Петрович, прекрасно! И воздух у нас свежий, все-таки сорок километров от города. А сестра ваша, Мирослав Петрович… Ну что могу сказать. Конечно, окончательные выводы делать пока рано, но…

– Станислав Адамович… Не томите. Я человек военный. Докладывайте. Четко и ясно.

Солнце светило в то утро отчаянно, радостно, будто издевалось, честное слово. Что-то было в том, как падали солнечные лучи на белый халат, как от листьев на нем играли тени. Что-то тоскливое. Как волчий вой лунной ночью. «Человек-волк» – всплыло в памяти. Кажется, это связано с Фрейдом. Человек-волк. Интересно, почему все, как только видят психиатра, вспоминают Фрейда? Или это только так кажется невеждам вроде него? Он-то об этом, почитай, ничего и не знает. Были у них, конечно, лекции. Вводные. Общий курс. Только не помнит он ничего. А все равно крутится: человек-волк…

– Ну что ж… Как я и сказал, окончательные выводы делать пока рано, но явное диссоциативное расстройство вкупе со сверхценными идеями налицо. Вашей родственнице сейчас необходимы покой, регулярный режим сна и питания, свежий воздух. Как видите, все это у нас есть. Однако поддержка близких необходима не меньше. Зара спрашивала о племяннице. Может быть, навестите ее вместе с дочерью?

– Девочка приходит в себя после смерти матери, ей такие потрясения не нужны. В следующий раз, Станислав Адамович. Спасибо вам!

Миро шел по парку мимо бледных, виновато улыбающихся больных, прячущих подрагивающие пальцы в рукава клетчатых пижам. Он старался не смотреть им в глаза.