Память пепла

Прикрывать отход…»

Вот ведь странность какая. Он не называл Раймона братом уже… лет десять. Так что ж сегодня?..

Ослик остановился. Стражники стали стаскивать приговоренных: двух мужчин и женщину.

Тишина всколыхнулась тревожным шипением. Это песок скрипел под ногами оттого, что толпа повернулась в сторону палачей. Никто по-прежнему не произнес ни единого звука.

Арвин вспоминал. Он наблюдал казни сотни раз. Сам отправлял людей на смерть. Помнил рев толпы, крики:

– Сжечь! Сжечь ведьму!

Раздувающиеся от запаха горящей плоти ноздри, кровью налитые глаза, восторженные крики, когда огонь, наконец, охватывал жертву целиком. А сейчас? Тишина. Немой укор толпы. Он страшнее неистовства. Опаснее…

Тошнота подступила к горлу, глаза заволокло пеленой, но он заставил себя забыть об этом. Его искренняя вера в то, что магия – зло, от которого он избавляет свою страну, сейчас казалась страшной детской сказкой. Как он мог во все это верить? Ведь это были… люди! Люди, которых уже не вернуть. Чьи-то отцы, матери, сестры, жены, сыновья…

Он должен попытаться все исправить! Он, король Ваду, в долгу перед своим народом. Перед теми, кто стоял сейчас в мертвенной тишине, не замечая, как песок скользит по лицу.

– Пообещайте, что скроете у себя Таю. Не бросите ее, – практически беззвучно прошептал Милфорд на ухо Шурру.

– Этих приговоренных я или отобью, или погибну.

– Нельзя. Я понимаю, что жалко, но… Их – трое. А в лесу – несколько сотен.

– Сделайте все, как обычно, – предложил Арвин, чуть ниже опустив лицо.

– Не справимся, – шепот человека-медведя был больше похож на жужжание шмеля. – Ты сам сказал, что тут Шонн Рам. Если слухи о нем – правда, то…

– Правда, – зазмеилась из-под капюшона улыбка короля, – но он вам не помешает.

– Шурр, в свите мэра города есть ваши люди? – Милфорд понимал, что довериться Арвину сейчас – единственный выход.

Шурр кинул быстрый взгляд на господина в богатом одеянии. Усмехнулся. И отрицательно покачал головой.

– Дайте знак вашему человеку – пусть попытается спасти Рама. Так он однозначно окажется вне подозрений, – быстро проговорил Арвин. – Будете готовы – положите мне руку на плечо.

– …За черное колдовство эти люди приговариваются к смерти! – голос мэра разнесся над толпой и утонул в упрямой тишине.

Лишь шорох серого песка. Казалось, его стало больше. Еще немного – и он занесет весь город.

Представитель столичной инквизиции, стоя рядом с мэром на балконе, преувеличенно скучающим взором обозревал собравшийся народ.

Солдаты сноровисто подтаскивали осужденных к обложенным хворостом столбам.

Арвин видел, как вокруг них плотным кольцом собираются люди в серых плащах. Выглядело это так, как будто на площади просто очень много народу, и солдаты ведут смертников сквозь толпу.