Память пепла

Первенства! Отцы приказали сыновьям убить Шейла и его семью, но юная алчная кровь этим не насытилась. Безжалостные, они зачаровали невинные жертвы – сильных магинь, что учились в академии. Да, да… Когда-то в этом городе учили магии! Вы все – маги. Нет среди вас не магов. Нет…

Тая пригнулась к земле, обняла манула. То, что показывал им пепел… В это трудно было поверить, но каждый из них знал, что это правда. Страшная правда. Зорго Цум перестал играть.

На глазах путешественников погибал целый город. Он горел и стонал от боли. Вихрь магии огромной силы превращал в пепел все, к чему прикасался, и пепел тот летел дальше, сметая все на своем пути!

– Стихии, – прошептал Милфорд.

– Что это, милорд? – Зорго Цум от слез и летящего пепла уже мало что видел перед собой.

– Это магия. Сильнейшая магия в руках… Глупых, невоспитанных мальчишек. Огромный магический потенциал и…

– И маленькое, никуда не годное сердце! – зло выпалил Цум, вскинул скрипку и снова заиграл.

А пепел летел дальше, показывая им другой, соседний город. Он засыпал жителей заживо, настиг и задушил своих обидчиков, жег дома, засыпая башни по самые шпили, и его стало больше! Еще больше!

Голос Терры пел над костром, вокруг которого гибли города из пепла. Люди видели трех всадников, что безжалостно хлестали лошадей, пытаясь уйти от возмездия. Они неслись, а пепел летел за ними! Пепел хотел отомстить. Затаив дыхание, все слушали… старуху?!

У костра сидела молодая девушка. Трубку она отложила в сторону и теперь рассказывала дальше, вплетая цветы в длинные золотые косы.

– Отцы трех родов, узнав о том, что натворили их младшие отпрыски, разозлились. Но не гнев двигал ими, а страх. Страх перед королем. Эйш, узнав о том, что сделали с самым сильным и преданным родом Шейлов, казнил бы предателей. Выхода у них не было…

Страшные слова инквизитора повисли в воздухе. Страшная правда пахла пеплом сгоревшей плоти, жгла изнутри, оглушала сознание треском горящих костров.

Как же так? Нет, он не первый, кто с детства верил в то, что магия – зло. Но именно ему суждено осознать и позор, которому нет оправдания, и боль стыда за содеянное. Невыносимую боль. За что?

И что теперь? Что ему делать? Снова жечь? Казнить? Убивать? Нет. Этого не будет. Хватит! Кровь не прольется больше…

Он, конечно, убьет каждого, кто посягнет на мир в его стране, но костров больше не будет. Он лишит магии и отправит в изгнание. Смерть слишком долго гостила в Ваду.

– Больше не вспыхнут костры! Слышите? Я, Арвин Эйш, говорю вам!

Эти слова слышали все в Ваду. Но лишь король и его спутники видели то, что произошло в Рассветных горах, как только клятва стихла.

Зорго Цум заиграл вновь, а пепел стал превращаться в почву, и очень скоро черная земля покрыла все пространство до самого горизонта.