Память пепла

Слезы лились сами собой, пока Тая, Милфорд и Арвин шли сквозь сад – осторожно, не делая лишних движений, чтобы не спугнуть эту удивительную, хрупкую магию. Ведь пепел может и передумать, тогда они ничего не узнают.

Возле старой яблони, привалившись спиной к дереву, в тени раскидистых веток дремал старик. Вьющиеся серебристые волосы. Огромный белоснежный барс у ног. Зверь при виде подходящих к нему людей встал, а мужчина, очнувшись, приветливо помахал рукой…

Музыка Зорго Цума стала громче. Тревожнее. Пепел потемнел и вдруг… вспыхнул! Горели деревья, медленно таяли фигуры чкори, рассказывая своему единственному потомку о страшной трагедии, что унесла жизни целого клана! Клана Скользящих между мирами.

Она, Тая, из их рода. Пришло время, и она нашла дорогу туда, где все начиналось. Не могла не найти…

Милфорд сжал руку девушки. Будто камень упал с души мага. Это не он втянул ее в свои опасные игры. Путь последней из рода Скользящих был предопределен. Спасибо, Стихии… Спасибо, что позволили быть рядом. Рядом с ней…

Треск костров постепенно стал тише. Музыка – веселее, и вот уже король и его спутники стоят на центральной площади шумного города. Цветущие сады, счастливые, нарядные люди, смех. Дети лет четырнадцати в одинаковых мантиях деловито спешили туда, где над городом возвышалось огромное здание.

Тая во все глаза смотрела вокруг. Ей казалось, она в кинотеатре – новая часть Гарри Поттера, не иначе! Только фильм черно-белый. Вернее, серо-серый. Ученики уже текли через весь город рекой. Красиво!

– Странно… я никогда не слышал о городе в Рассветных горах! – хрипло прошептал король и вопросительно посмотрел на Марка.

– Никогда, – растерянно согласился тот.

– Это – университет, – проговорил милорд, уверенный в правильности своей догадки, – здесь много молодежи. Одинаковые мантии. Значит, это – магическая академия.

Ветер взвыл, бросая путешественникам в лица горсти песка, но старательно обходя играющего маэстро.

– Маги? Обучение магии?! Я не мог не знать. И мой отец. И дед. И… прадед! – шептал король. – Как же… так?

«Так, так, так…» – эхом зашелестел песок и помчался дальше, в столицу, распахивая окна в домах жителей Ваду. Вихрь выхватывал из трясущихся рук облитые слезами доносы, те, что брат писал на брата, а мать на сына, в смертельном ужасе теряя разум.

Люди оцепенели. Они, не отрываясь, смотрели перед собой, сжимая виски от боли и гнева. Каждому жителю Ваду от мала до велика пепел показывал правду!

То, что видел король, видели все подданные Ваду. То, что слышал король, слышали преданные ему и его предавшие. Скрипка Зорго Цума рыдала в каждом сердце. Песнь неизбывной печали, неотвратимой свободы и неизбежной расплаты пела она.

А в лесу у костра люди слушали старую Терру.