Память пепла

Тая обернулась – та же молодая девушка… А как же… Костер полыхал, толпа неистовствовала…

– Не ведают, что творят… Не сейчас, нет. Но со временем они действительно убьют меня, Тая…

Чкори снова обернулась, вздрогнула и закричала от ужаса, потому что из-под ветхого капюшона на нее смотрела… сама Смерть. Истлевший скелет с проваленными глазницами, из которых смотрела сама Пустота. И было в ней столько невысказанной боли, столько мольбы о помощи…

– Тая! Что с тобой, любимая…

– Видишь, девочка, – старуха не обратила внимания на взгляд водного мага. – Все зависит от живущих в этом мире. Я – ничто без них. И если они погрязли во лжи, предательстве и жестокости, то…

– Нет! Это неправда! Вы же смогли укрыть нас от инквизиторов тогда! В вас же есть сила!

– О спасении своих детей истово молили женщины. Если все искренне захотят мира. Каждый! Конечно, мне хватит сил… Но тех, кто принял магию и мечтает о цветущих яблоневых садах, слишком мало. Я стара. Казнена. Измучена…

Милфорд и Арвин переглянулись. Оба посмотрели на девушку. Тая была бледной и заплаканной. Мужчины не очень-то верили старухе. Оба считали, что она, будучи, безусловно, очень сильным магом, возможно, потеряв близких, сошла с ума от горя.

– Я все думаю о том, что произошло во времена правления пра-прадеда. – Арвин смотрел на огонь. – Эйши никогда излишней доверчивостью не отличались. Понятно, король был в шоке, когда песок – порождение магии – засыпал город. Мы вчера наблюдали подобное: это жутко… Но. Он сразу назвал виновных. И сразу объявил войну. Без следствия, без подготовки отдал приказ: уничтожить. Вывести армию. И заметим – если верить хроникам, король не встретил практически никакого сопротивления.

– Он мог знать, – предположил Милфорд. – И все эти речи – лишь постановка. Решение было принято до того – уничтожить магов. Не понятно только: зачем.

– Или его ввели в заблуждение, – предположила Тая. – Например, если представить, что в этом городе погиб кто-то, кого он любил. От гнева и отчаяния король плохо понимал, что творит.

– А могли просто заколдовать. Взять под контроль?

Арвин хотел посмотреть на старуху, но та растаяла в предрассветных сумерках, будто ее и не было вовсе. Лишь колечко голубоватого дыма качалось в такт печальной мелодии, что плыла над лагерем весь вечер.

Зорго Цум баюкал на плече свою скрипку, но печальные звуки его колыбельной не действовали на детей, которые никак не желали идти спать в этот вечер. Смех и веселые выкрики, стук. Длинными палками отрабатывать удары было гораздо интереснее, чем слушать мам, уговаривающих, что уже поздно и пора расходиться по землянкам на ночлег.

– Но если мы уйдем, а придут инквизиторы… Что будет со всеми этими людьми?! – прошептал король.

– Арвин.