Большое зло и мелкие пакости

— Маня, — сказал он и неизвестно почему поморщился, — я не хочу никаких душеспасительных бесед и разговоров на тему “Зачем тебе это нужно?” или “Что потом?”. В меру своих сил я пытаюсь тебя защитить. На этом пока и остановимся. Не надо меня подгонять и провоцировать.

— Я и не думала тебя подгонять, — промямлила Маруся.

Господи боже, о чем он? Куда она его подгоняет? На что она его провоцирует?

— Будем жить, как в пионерском лагере. Девочки налево, мальчики направо. И честное слово, — тут он улыбнулся, — мне совершенно безразлично, чистая у тебя голова или нет.

Он хотел ее утешить, но она, наоборот, напряглась и даже как будто отстранилась. Почему, черт побери?!

Кто сказал, что мужчины и женщины произошли от одной и той же обезьяны? Обезьяна, от которой произошли женщины, уж точно была откуда-нибудь с Плутона. Мужики, ясное дело, начались от простых земных парней-орангутанов."

"Встретить бы этого недоумка Дарвина, подумал Потапов с неожиданной злобой, дать бы ему по шее. Все беды от него. Он заставил хомо сапиенс поверить в то, что человеческая особь — всего лишь часть биологии, доступная, понятная, раскладываемая на составляющие.

Какие там составляющие! Как понять, что именно он только что сказал не так?

— Мань, ложись на свой улучшенный диван, — приказал Потапов, решив, что ни до чего хорошего все равно не додумается, — а я пойду почитаю. У меня полно работы на вечер.

И тут в дверь снова позвонили. Они вздрогнули, как школьники, застуканные в подъезде рано вернувшейся мамашей.

— Что такое? — прошептала Маруся, заливаясь нездоровой зеленью. — Может, это твои родственники вернулись?

— Вряд ли, — сказал Потапов и пошел в прихожую.

На этот раз голос был один. Мужской, совсем незнакомый.

Может, приехал этот, как его назвал Потапов?.. Инспектор Дрейтон, вот так.

— Проходи, — сказал Потапов у самой двери, и в комнату, неловко озираясь, вошел Вовка Сидорин.

— Привет, Мань, — поздоровался он, увидев на диване Марусю. — Я не знал, что Митька… у тебя.

* * *

Капитан Никоненко открыл дверь своей машины, намереваясь выйти наружу, как раз в тот момент, когда доктор Сидорин, сверяя по бумажке адрес, подошел к подъезду. Капитан засек его только в последний момент.

Вот тебе раз, подумал Никоненко словами участкового уполномоченного Анискина. Тебе-то чего здесь надо?

Что бы ни было надо доктору Сидорину в доме потерпевшей Сурковой, допускать свидания наедине было нельзя. Если бы капитан был готов к такому повороту событий, может, никакое дальнейшее расследование и не понадобилось бы. Если милый доктор пришел доделывать свое дело, уже дважды не доведенное до конца, капитан взял бы его с поличным, и дело с концом.