Черный Отряд

Взметнулось пламя, будто радуясь порученному делу.

Стрела Хромого поразила Госпожу в четырех дюймах от сердца, между левой грудью и ключицей. Признаюсь, я горжусь тем, что извлек наконечник в такой жуткой обстановке, не лишив жизни пациентку. Но левую руку ей надо было обездвижить.

Теперь Госпожа подняла эту руку, потянулась к Душечке. Мы с Молчуном стояли мгновение недоуменно…

Госпожа притянула Душечку к себе. Она была так слаба, что, думаю, Душечка сама приблизилась к ней.

– Ритуал завершен, – прошептала она. – Я именую тебя, Тони Фиск.

Душечка беззвучно завизжала.

Безмагия заколебалась.

Лицо Молчуна почернело от видимой муки. Бесконечный миг он стоял, раздираемый обетом, любовью и ненавистью, и, быть может, высшим долгом. По щекам его потекли слезы. А потом исполнилось мое давнее желание, и я готов был расплакаться сам.

Молчун заговорил.

– Ритуал завершен. – Ему трудно было произносить слова – Я именую тебя, Доротея Сенджак. Истинно именую тебя, Доротея Сенджак.

Мне показалось, что сейчас он упадет в обморок Но этого не случилось.

Упала Госпожа."

"Ворон приближался. Словно мало мне боли.

Мы с Молчуном смотрели друг на друга. Думаю, я выглядел не менее измученным, чем он. Потом он кивнул со слезами на глазах. Между нами был мир. Стоя на коленях, мы расплели тела наших женщин. Я прощупал шею Душечки; Молчун нервно наблюдал.

– С ней все будет в порядке, – успокоил я его.

С Госпожой тоже, но ему это неинтересно.

Я до сих пор не знаю, чего обе женщины ожидали в тот момент. Сколько каждая из них отдала року. В ту минуту кончилась их власть над миром. Душечка лишилась безмагии. Госпожа лишилась волшебства. Они нейтрализовали друг друга.

До меня доносились вопли. Рушились наземь ковры. Всех этих Взятых Госпожа брала сама, и после случившегося на равнине она позаботилась о том, чтобы ее судьба стала их судьбой. Теперь они сгинули. Скоро к ним придет смерть.

На поле боя почти не осталось волшебства. Умирал Следопыт, забитый Властелином до смерти. Надеюсь, он ушел счастливым.

Но это был еще не конец. Нет. Оставался еще Ворон. Когда ему осталось пройти еще полсотни футов, он перестал цепляться за Кожуха и двинулся к нам, точно воплощенное возмездие. Взгляд его не отрывался от Госпожи, но по походке его видно было, что это представление, что он сейчас будет совершать подвиг во имя Душечки.

Ну, Костоправ? Позволишь?

Рука Госпожи вздрогнула в моих ладонях. Пульс слабый, но есть. Может быть…

Может быть, обойдется блефом.

Я подобрал свой лук и стрелу Хромого.

– Стой, Ворон.

Он не послушался. Наверное, не слышал. О черт! Если он не… Все пойдет вразнос.

– Ворон! – Я натянул тетиву.

Он остановился. Воззрился на меня, точно пытаясь припомнить, кто я такой.

На поле боя воцарилась тишина. Все взгляды устремились на нас.