Черный Отряд

И самого пса Жабодава – тоже не помнил. Чудеса.

Теперь Следопыт был созданием Дерева.

Глава 46. Сын Дерева

Я нервничал. У меня началась бессонница. Дни утекали один за другим. Где-то на западе Великая Скорбная река подтачивала свой берег. Четвероногое чудовище мчалось к своему хозяину с вестью о том, что его план раскрыт. Душечка и Госпожа не делали ничего.

Ворон оставался в ловушке. Боманц все шел через неугасимый огонь, который и вызвал сам себе на горе. Приближался конец света. И никто пальцем о палец не ударил.

Я закончил перевод. Мне это не помогло. Так мне казалось. Хотя Молчун, Гоблин и Одноглазый продолжали возиться со списками имен, с перекрестными ссылками в поисках системы. Госпожа заглядывала им через плечо чаще, чем я. Я кропал Анналы. И маялся, как же мне попросить, чтобы она вернула мне те, что я потерял у моста Королевы.

Я нервничал. Изводил себя и других. На меня начинали злиться. Чтобы успокоиться, я стал гулять при луне.

Той ночью было полнолуние, и жирный оранжевый пузырь только взошел над восточными холмами. Величественное зрелище, особенно когда на фоне диска пролетает стая мант. Горизонт почему-то светился сиреневым. На холодном ветру металась выпавшая днем тонкая пыль. Далеко на севере поблескивала буря перемен.

Рядом со мной возник менгир. Я подпрыгнул фута на три.

– Опять чужаки на равнине? – спросил я.

– Не больше чужаки, чем ты. Костоправ.

– Шутник нашелся. Что ты хочешь?"

"– Ничего. Отец Деревьев хочет видеть тебя.

– Да? До скорого.

Я двинулся к Дыре. Сердце мое заходилось.

Дорогу мне заступил другой менгир.

– Ну, раз вы в таком духе… – Я изобразил на лице героизм и пошел вверх по ручью.

Они все равно привели бы меня. Лучше принять неизбежное. И избежать унижений.

Вокруг пустоши гулял ветер, но стоило мне пересечь границу, и я вступил в лето. Полный штиль, хотя листва звенела. И жара как в горне.

Луна поднялась достаточно, чтобы затопить прогалину серебристым светом. Я подошел к Дереву. Я не мог оторвать взгляда от руки, все еще торчащей, сжимая корень, все еще, как мне казалось, живой. Но корень разросся и, кажется, обволакивал руку, как живое дерево обволакивает обмотанную вокруг него проволоку. Я остановился в пяти шагах от ствола.

– Подойди ближе, – сказало Дерево. Нормальным голосом. Обычным тоном.

Я сказал «Ик!» и поискал взглядом выход. Прогалину окружала пара хрендильонов менгиров. Беги, коли охота.

– Стой спокойно, однодневка.

Ноги мои примерзли к земле. Однодневка, да?

– Ты просил помощи. Ты требовал помощи. Ты ныл, и клянчил, и молил о помощи. Стой спокойно и прими ее. Подойди.

– Решился?

Я сделал два шага. Еще один, и я ему на корни наступлю.

– Я обдумал проблему.