Черный Отряд

Я напустил на себя такой вид, будто меня в три утра пробрал понос.

– По сути, Кейс, все мы – одинокие, несчастные люди, отчаянно ищущие свое место в жизни. Одиночки, которые не хотят одиночества, да не знают, как его преодолеть. А когда перед нами дверь, через которую можно войти или выйти, – мы не можем догадаться, каким способом открыть щеколду.

Я был потрясен! Пожалуй, это было самое откровенное высказывание из всех, что мне когда-либо доводилось от него слышать. Убежденное, страстное. Или побрейте мне голову и зовите меня Плешивым. А ведь я провел с ним бок о бок целых два года. Невозможно заметить, как меняются люди, когда все время находишься с ними рядом. Открой коробочку, малыш, и посмотри, что там внутри.

Это был вовсе не тот Ворон, которого я встретил еще до того, как личные неурядицы привели его «я» в туманное зло Курганья, где его душа блуждала, пока не очистилась. Сломав стены тюрьмы чувств, он вышел оттуда совсем другим человеком.

Черт возьми! Он уже не был и тем парнем, который валялся на полу, в стельку пьяный, всю дорогу, пока мы были в Весле.

Я испытывал смешанные чувства. Ведь я прекрасно ладил с тем, прежним Вороном, он мне нравился, я даже восхищался им. Иногда.

Может, когда-нибудь мне придется так же восхищаться и этим, совсем другим, прошедшим обновление, человеком.

Я не знал, что сказать, хотя знал, он ждет ответа. Он не утратил своей способности действовать на меня завораживающе.

– Значит, ты понял, как открыть ту дверь?

– Пока у меня есть только смутное предчувствие, Кейс. Но оно не дает мне покоя, почти парализует меня. Кажется, еще чуть-чуть, и я узнаю нечто такое, что поможет мне прозреть. – Он уже снова смотрел на обрубок туши воздушного кита.

Я тоже взглянул туда. Обрубок теперь был примерно в двух милях от нас, на высоте около пятисот футов; легкий ветерок гнал его в нашу сторону.

– Мы что, повернем за ним назад, в холмы, если ветер понесет его в ту сторону?

– Решать тебе, Кейс. Ведь это была твоя идея. – Он прошептал что-то успокаивающее своей лошади. Животные были не в восторге от ночной прогулки. Хотя бы даже и не под седлом.

Из воздушного кита вырвался громадный столб огня.

– Теперь нет нужды беспокоиться насчет лазанья по холмам, – успел сказать я, прежде чем до нас донесся оглушительный грохот взрыва.

Воздушный кит, кувыркаясь, быстро падал вниз. Когда до земли оставалось около двухсот футов, от его туши оторвалось несколько кусков, после чего падение слегка замедлилось. Я прикинул, куда он должен упасть, и мы заторопились к этому месту.

То, что оставалось от туши, клюнуло носом, ударилось об землю примерно в миле от нас, снова подскочило в воздух, двигаясь теперь прямо в нашу сторону. Опять послышался взрыв.