Руки моей не отпускай

Уговаривать их особо и не стали – не до них, справляетесь, да и ладно, сделали по паре уколов для профилактики, записали данные и отпустили под собственную ответственность.

В связи с чем вопрос срочной доставки уникального материала на студию был решен наилучшим образом, и Игорь с Юлей, попив с мужиками чаю и согревшись, уже через двадцать минут умчались в сторону Иркутска.

У Аси же с Василием дела обстояли по-другому – во‐первых, им пришлось все объяснять спасателям и договариваться о протокольно-официальных формальностях, как людям, способным руководить в этом бедламе и сохранять спокойствие и трезвость ума. А во‐вторых, уже совсем стемнело, мороз явно усилился, и мокрые Ася с Василием (особенно Ярославцев – тот вообще, как говорится, насквозь), хоть и отогревавшиеся в теплой машине спасателей и получившие свою порцию уколов в мышцу, но все же подмерзали."

"– Так, на хрен! – распорядился командир спасателей. – Дела подождут! Надо вас срочно эвакуировать, отогреть и привести в порядок.

И, отдав какое-то распоряжение по рации, пояснил:

– Сейчас вас отвезут в ближайший отель, тут недалеко, по льду быстро доедете, мы предупредили администрацию, для вас там баню затопили. У них знатная банька, прогреетесь, пропаритесь, придете в себя. А дальше решим, куда вас везти и чем вам помочь. Все сделаем.

– Спасибо, – пролепетала как-то в момент «поплывшая» Ася.

– Нам-то за что? – подивился командир. – Это вам спасибо. Людей спасли, такое дело великое сделали! Пропали бы ребята, вы ж понимаете, если б вас тут не оказалось и если бы вы не знали, как нужно действовать.

Отель, в который их доставили, на удивление, оказался вполне себе современным стильным комплексом. И их на самом деле ждали.

Уж что там понарассказывали администрации спасатели, но из машины Асю с Василием вывели с особой осторожностью, поддерживая под локотки, спешно куда-то потащили, что-то объясняя и приговаривая по ходу.

– Сейчас согреетесь, – говорила без остановки дородная энергичная женщина лет за сорок, поддерживая Асю. – И чаю травяного лекарственного принесем, и медку нашего, сибирского. Хорошо Федорович не ушел, а ведь собирался, а тут ребята звонят, говорят, люди в Байкал ныряли, подмороженные, спасать надо, так он и побежал топить баню.

Федорович оказался здоровенным мужиком, служившим в отеле банщиком и славившимся на всю округу своим умением работать веничком и парить тела до полного изумления.

Уж он отходил Асю с Василием и уважил, это да!

До кисельного размягчения костей, когда звенела каждая, даже самая маленькая мышца, а розовое, распаренное тело пело и дышало, разомлев в полной благости.