Отец лучшей подруги

О ком это она, мать вашу?

Сара Львовна с тяжелым вздохом опускается за стол, качая головой.

— Нет, Юленька, не забыла. Бедная моя девочка, столько лет неразделенной любви! Сердцу, конечно, не прикажешь, но могла бы хотя бы неженатого мужчину выбрать…

— Вы о ком говорите-то? — хрипло спрашиваю я.

Это моя первая, кажется, фраза за весь ужин.

— Лея влюблена, папа. Уже много лет и в одного мужчину, но он женат. И только морочит ей голову.

Ну она тоже не особо хранит ему верность.

— Платон, помоги моей дочери.

— В смысле?

— У тебя ведь наверняка есть холостые друзья. Может, ты познакомишься Лею с кем-то из них? Может, она все-таки сможет забыть это глупое детское увлечение, которое только выматывает ей душу?

— Точно, папа! — подхватывает Юля. — Это хорошая идея! У тебя ведь столько холостых друзей.

— Не так уж и много! И потом они все мои ровесники!

— Ничего, — со знанием дела кивает Сара Львовна. — Ей и нужен опытный мужчина. У нее столько свиданий было со сверстниками, пока она служила в армии, а что толку!

Перед глазами тут же вижу Лею, голую и на коленях. Но уже не передо мной.

— Дурацкая идея, — трясу головой. — Забудьте.

— Это очень хорошая идея, папочка! Ты очень поможешь Лее! Например, как насчет твоего друга, с которым ты постоянно ездишь на охоту? Дядя Никита же холостой!

— Ростов? Ты в своем уме, Юля? Он же… Он…

Перетрахал половину Петербурга!

— Знаю, он заядлый холостяк, — отмахивается Юля. — Но попытка не пытка. Дядя Никита красивый, умный и видный мужчина. Сара Львовна, вам бы точно понравился.

— Ты моей Лее плохого не посоветуешь, так что верю. Платон, умоляю. Подсоби!"

"— Нет, — выдыхаю. — Вы чего? Ростов в свои тридцать пять уже в третий раз развелся. Зачем ей такой? И он все равно на десять лет ее старше!

— Любви все возрасты покорны, — замечает Сара Львовна. — И потом она честно пыталась завести отношения со сверстниками, я видела. Ничего не вышло. Думаю, со взрослыми мужчинами шанс исцелить мою девочку от этой нездоровой любви будет гораздо выше.

— А вы знаете, кто он? Может, мне лучше с ним поговорить? Объяснить, чтобы перестал морочить девочке голову.

Сара Львовна тяжело вздыхает.

— Лея ничего нам про него не рассказывает, папа, — отзывается Юля. — Удалось вытянуть только то, что он женат.

От мысли, что в номере отеля Лея могла представлять другого мужчину на моем месте, меня бросает в холодный пот.

— Лея идет, — тихо замечает Костя и добавляет громче: — Отрезать вам «Шарлотки», Сара Львовна?

— Конечно, милый, отрезай. И побольше, если его сама Ида Марковна готовила.

Когда Лея возвращается за стол, Юля, Костя и ее мать увлеченно поедают «Шарлотку». Все, кроме меня. На меня Егор крошит уже третий бублик, но моему внуку можно, что угодно.