Отец для двоих

Мне нужно прийти в себя, хотя сын совсем не намерен спокойно сидеть. Его удается успокоить на каких-то полчаса, пока он смотрит мультики. Этого мне оказывается достаточно, чтобы немного прийти в себя. Оказывается, ночью Макара не было в номере и в стонах он, соответственно, не участвовал. Не знаю, радует это меня или нет, но на душе как-то легче становится. Спокойнее.

Правда, от известия об аварии у меня душа болит. Я его сына видела один раз в своей жизни, но будучи матерью такого же ребенка, я представляю, что чувствует Макар. Для него сейчас важно находиться рядом с сыном, тем более, как я поняла, прогнозы пока непонятны, а реанимация это очень серьезно.

Глава 34

Макар

После посадки я едва прохожу паспортный контроль и забираю багаж. В холле приходится сесть в кресло и попытаться расслабиться. Голова снова раскалывается и принятая таблетка то ли не начала действие, то ли просто перестала работать. Последнее хуже всего. Организм или привык к препарату, или… требуется срочное обследование с целью устранения причины сильных головных болей.

Когда боль захлестывает настолько, что становится трудно дышать, я набираю Иру и прошу за мной приехать. Она прибывает в аэропорт спустя полчаса. Как всегда, выполняет свою работу вовремя.

— Господи, снова? — восклицает, присаживаясь. — Макар, тебе срочно нужно к врачу.

Я это и сам понимаю, но вслух говорю другое:

— Просто помоги мне. И купи другое обезболивающее, это не помогает.

Ира цокает языком. Недовольно пыхтит, но все же помогает мне дойти до машины и даже забраться в салон. Она отсутствует несколько минут, но мне кажется, что вечность проходит, настолько плохо. Ира молча протягивает мне таблетку и бутылку с водой, я выпиваю, прикрываю глаза и откидываюсь на сиденье.

Пилить Ирина начинает меня ближе к месту назначения и как раз тогда, когда мне становится легче. Боль отпускает понемногу и возникает ясность мышления. Я первые мгновения слушаю ее претензии, а затем, как только повисает пауза, спрашиваю:

— Все сказала?

— Макар…

— Игнатьевич, — подсказываю. — В твоих советах я не нуждаюсь, я тебя для другого дела нанимал.

Она кивает и поджимает губы. Неприятно, знаю, но я иначе не могу. У меня сейчас сын в реанимации, мне совсем не до того, чтобы обследоваться самому, но во время приступа, конечно, думал об этом. Так устроена наша психология: мы начинаем думать о необходимости изменений только под воздействием определенных факторов. Когда все в порядке, организм отключает функцию страха и инстинкт самосохранения.

— Отвези вещи ко мне, — бросаю Ире ключи и выхожу из автомобиля.

Клиника, в которую привезли моего сына, встречает меня серыми стенами и хмурым персоналом. Меня не сразу проводят к врачу, потому что около получаса ищут сына. Найти не могут в документах.