Отец для двоих

Пойдем завтракать вместе.

О том, что я вчера согласилась позавтракать с Ником, вспоминаю в лифте, но ни Макару, ни Тимофею ничего не говорю. Как о таком сказать? Они оба настроены позавтракать втроем, а я скажу, что не могу? Легче отказать Нику, но ему еще нужно признаться в том, что случилось между мной и Макаром, когда он ушел. Вместе с отказом с ним позавтракать это будет выглядеть по-скотски, но другого варианта просто нет. Я не оставлю сына, который смотрит на нас с отцом восторженно и не скрою от Ника правду.

Через две минуты после того как мы заходим в ресторан сын находит нам всем свободные места. Берет меня за руку и тянет к столику, усаживается и командует нам с Макаром:

— Я буду апельсиновый сок и блинчики с йогуртом.

— Полагаю, отказ в обслуживании не принимается, — говорит Макар и обещает сыну исполнить его желание.

Внутри ресторана мы расходимся. Есть мне совсем не хочется, но я все же беру себе овсянку с молоком и ягоды. Сама взглядом ищу Ника, но его нет. То ли еще слишком рано и он не проснулся, то ли я просто его не вижу.

Обхожу ресторан несколько раз и иду к столику, который мы заняли. Макар и Тимофей уже сидят с тарелками. Я приземляюсь на стул рядом, ставлю свою тарелку на стол. Завтракаем молча. Я украдкой посматриваю на вход — Ника нет.

— Хочу десерт! — заявляет Тимофей после еды.

— Иди выбери себе, — отпускает его Измайлов.

Пока сын выбирается из-за стола я снова смотрю на вход. Может, и объясняться не придется? Посижу тут в ресторане, пока Ник не придет и позавтракаю еще раз, а потом… как-то найду в себе силы рассказать о случившемся после. Можно смолчать, но я так не смогу. Этот момент всегда будет стоять между нами.

— Он уехал.

Смысл сказанных Макаром слов доходит до меня не сразу. Я сглатываю и, повернув голову в его сторону, замираю. Начинаю понимать.

— Как это — уехал? Ты с ним виделся?

Макар молча отпивает кофе, ставит чашку на стол и поднимает на меня взгляд.

— Виделся. Объяснил ему ситуацию и попросил уехать.

— Что?

Несколько секунд я сижу ошарашенная. Когда Макар успел поговорить с Ником, если все это время в его номере был Тимофей?

— Я встретил его у твоей двери, — говорит Измайлов. — Вышел тебя будить, а там он. Мы поговорили, Ник все понял и уехал. По крайней мере, он сказал, что пошел собираться.

— Ты не имел права решать за меня, — протестую неуверенно.

— Я решал не за тебя, а за нас. Избавил тебя от необходимости перед ним объясняться. Оля, он взрослый человек, все понял. Какая разница, кто ему об этом сказал?

Глава 30

Оля

“Нет никаких нас”, — так и хочется сказать, но вслух говорю другое:

— Ты не имел права.

Макар хмурится, тяжело вздыхает. Допивает свой кофе и встает.

— Может, он еще не уехал, — говорит мне. — Я недавно с ним разговаривал.