Реквием по любви. Грехи отцов

Боковым зрением девушка заметила, что последний подал какой-то сигнал своим самым приближенным ребятам. И они тотчас же ринулись к ним с Димой на подмогу, окружая их плотным кольцом в несколько рядов. И каждый готов был отдать жизнь, защищая ее. Снова.

- Это до какой же степени у тебя очко взыграло, если на своих людей стало пох*й? – зловеще рассмеялся Прокурор. – Дрожишь. Мечешься. Страшно тебе, гнида? Так страшно, что готов всех их в расход пустить, как мясо пушечное? И из-за чего, спрашивается? Испугался девочки с косичками? Или того, что она может нам о тебе поведать? М?

- Я никого не боюсь! – взревел Гарик. – Я самому Черчиллю не по зубам оказался! А вам, и подавно! Прощайся с племянницей, Боря. Она сдохнет!

Толпа загудела со всех сторон. Лиза ничего не видела из-за телохранителей, окруживших их с Дмитрием плотным кольцом. Но… слышала все. Под действием адреналина, бушующего в крови, ее слух стал острее в разы.

Отборные маты. Проклятья. И череда громких оглушающих выстрелов.

Как бы ей хотелось, чтобы они оказались предупредительными в воздух.

Но она не тешила себя ложными надеждами. Люди вопили от агонии и боли.

Кого-то ранили, а кого-то… возможно… из-за нее. Опять. ОПЯТЬ!

«Господи, нет! Пожалуйста! Только не… снова!»

Дышать стало нечем. Внутри все оборвалось. Сознание воскресило в памяти образ Дани. Его открытую бесхитростную улыбку. Его лучистые глаза."

"А следом их же, но… остекленевшие. Безжизненные. Устремленные в бескрайнее небо. Слезы водопадом хлынули по щекам, обжигая кожу. Эмоции более не поддавались контролю. Особенно, когда, зарычав диким зверем, Дима ринулся в самую гущу разборок, оставив девушку одну в «безопасности». В кругу живых людей, которые в любую секунду могли словить ЕЕ пулю. Понимая это, Лиза впала в истерику. И пусть выстрелы прекратились, на смену им пришел тотальный хаос. Ругань и взаимные претензии лились со всех сторон нескончаемым потоком. Все истошно орали друг на друга, надрывая глотки. Причем, почти одновременно.

- Вы че творите, паскуды?

- Это сучий беспредел!

- Хозяевами жизни себя возомнили?

- Вы за это ответите!

- Перед кем? Перед всевышнем? Вы на нашей земле, мрази!

- Вали шакалов! Вали их!

Среди общего гвалта голосов, раздался громоподобный возглас Прокурора:

- А-ну, угомонились, сосунки! ВСЕ угомонились!

А следом, тошнотворный смех Пескаря:

- У тебя нет власти над моими людьми! А скоро и над своими ее потеряешь – мы всех вас на удобрения пустим! Ты этого хотел, назначая мне стрелу?

- Надеешься уйти отсюда живым? – в голос захохотал дядя Боря. – Нет, фраерок! Я вернулся, чтобы клятву исполнить. Я отомщу тебе за брата!

Глава 72

Дальнейшего разговора Лиза не слышала. Да и не слушала. Абстрагировалась от всего. Слишком больно было. Слишком горько и страшно.