Реквием по любви. Грехи отцов

"

"Ведь слезы вновь навернулись на глазах, когда она услышала тихое:

— Ты – дочь Черчилля! Иного от тебя никто и не ожидал!

— Изменишь свое решение? — ухватилась за его последнюю фразу, как за спасительную соломинку. — Ради… него? В память о нем?

— Нет!

— А вот это нам предстоит еще обсудить, Борис Андреевич! — вмешался Дмитрий, хозяйским жестом заключая Лизу в свои давящие объятия. И уже ей он велел. — Успокойся. Хватит с тебя, Кроха!

Черчесов отстранился, надменно поглядывая на Похомова

Лицо ее дяди вновь стало равнодушной непроницаемой маской.

Ни эмоций. Ни жалости. Ничего.

— Не зарывайся, сопляк! – угрожающе. - Здесь решения принимаю я!

— А кто спорит-то? Ты его и примешь!

Она ожидала криков. Угроз. Возможно, драки.

Чего угодно. Но не спокойного вздоха со стороны дядюшки.

— При другом раскладе я сам бы тебе ее вручил! Но ты – один из нас. И всегда им будешь, шкет, независимо от того, до каких высот поднимешься в наших кругах или же опустишься в лице братвы. Все одно – бывших в нашем деле не бывает. Что касается моей племяшки, здесь я выполняю волю брата, и этим все сказано! Так что будь мудрее – захлопнись! Познакомься лучше с моим приемным сыном. Кирилл!

Последний подошел к ним, едва прозвучало его имя.

Схлестнувшись взглядами, они с Дмитрием молча рассматривали друг друга.

В полной зловещей тишине. Кажется, даже воздух загустел в тот самый миг.

Кирилл не выдержал первым. Стушевавшись, отвел взгляд в сторону.

Правда, тут же реабилитировался и протянул Похомову его футболку:

— Кажется, это твое.

— Себе оставь! — не особо дружелюбно отозвался ее мужчина.

Лиза напряженно застыла в кольце его рук.

— В чужих шмотках не нуждаюсь! – парировал Кирилл.

— Подумай лучше! – Дима прожег его зловещим взглядом. - Ведь эти шмотки - единственное что тебе перепадет, после меня!

— Оденься! — гаркнул на Дмитрия ее дядя, явно теряя терпение. — Прояви хоть каплю уважения к присутствующим!

— Ты это мне? — невозмутимо изогнул бровь Борзый. — Или все же сыну своему, Борис Андреевич? Он вроде как… тоже своим прессом здесь светит!

— Мой сын находится у себя дома! – ярый протест. - Хоть в трусах пускай здесь ходит, никто ему слова против не скажет!

— Да, ты прав! Слова здесь излишни! — с обманчивой нежностью в голосе озвучил Похомов. — Можно ведь решить вопрос… молча и вполне цивилизовано. Впрочем, так я и поступлю. Просто возьму, и прострелю башку ЛЮБОМУ, кому вздумается ходить в трусах перед МОЕЙ ЖЕНОЙ! Делов-то!

Глава 44

«Господи…»

В ушах зазвенело, а сердце стремительно и бесконтрольно ухнуло в пропасть.

Одно Лиза знала наверняка: она точно не ослышалась.

Дмитрий назвал ее своей женой!

Громко. Четко. При всех.