Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Рыцарь ордена Сантьяго никогда не нарушает данного обещания, – ответила она. – Раз уж так получилось, что я стала герцогиней, то должна родить от тебя ребенка. Слово, произнесенное даже в шутку, все равно остается словом рыцаря.

– Я представлял себе все это несколько иначе, – признал Вожников. – Однако герцогский титул ты ухитрилась выбить себе сама. Так что меня тут благодарить не за что.

– Я не благодарю. Я исполняю свое обязательство.

– Нет такой необходимости. Я его прощаю.

Шевалье Изабелла легким жестом подняла со стола меч, взмахнула им, с шелестом разрубив воздух, – и вдруг холодный острый кончик уперся Егору в горло:

– Рыцарь ордена Сантьяго всегда исполняет свои обещания, кто бы и что бы ни пыталось этому помешать! Раздевайся!

Егор хмыкнул:

– Ну надо же, где мой фотоаппарат? Просто картина эпохи Возрождения: «Обнаженная с мечом». Нет, лучше: «Герцогиня Бретонская требует любви у своего императора».

– Ты медлишь… – Острие надавило ощутимо сильнее.

– Если ты меня заколешь, то уж точно не сможешь получить ребенка.

– Если я тебя заколю, у меня будет законное оправдание. Я сделала все, что могла, для исполнения обязательства.

– От оно что… О таком варианте я как-то не подумал… – Егор чуток попятился, мысленно выбирая между нокаутом и изнасилованием.

С точки зрения самоутверждения нокаут был лучше. Однако «обнаженная с мечом» была чертовски хороша. Ярая, открытая, с высокой грудью и поджарым животом, широко расставленными стройными ногами. Сноп рыжих волос, сияющие глаза. Сгусток энергии и жара…

И вообще, бить женщину – позор для мужчины.

Великий князь начал медленно и печально раздеваться. Наклонился, стягивая сапоги, – и вдруг резко выпрямился, уже метнув тело вперед, под вытянутый клинок, плечом толкнул женщину под мышку, опрокидывая на ковер. Меч зазвенел, отлетая под стол, сплетенные обнаженные тела откатились к стене, и Егор тихо засмеялся, прижимая ее руки к полу:

– Что ты скажешь теперь, Бретонская ведьма?

– Спине жестко. Может, ты победишь меня на постели?

Вожников ослабил хватку. Они с герцогиней перебрались под балдахин, и князь начал с жадностью целовать ее грудь, живот, бедра. Воительница застонала, выгибаясь от наслаждения… А потом вдруг последовал рывок под локоть, толчок в плечо – и Егор оказался опрокинут на спину, руки прижаты над головой, Изабелла сверху."

"– Никогда не верь женщине, – злорадно сообщила она и впилась в губы жадным поцелуем, одновременно захватывая бедрами его плоть, обжигая ее и услаждая, и погружая все дальше, будя вулкан страсти и блаженства.