Остров (Веласкес-1)

Павел вторым этажом почти не пользовался, там он ночевал, только если у него были гости, точнее — гостья, но порядок с помощью уборщицы поддерживал, а сам спал на первом этаже, кровать выезжала из стены кладовки и туда же убиралась. Прямо из гостиной был выход на террасу и крохотный дворик, засеянный травой, с непременным мангалом для барбекю, который эти два года стоял без дела. Газон пересекала дорожка из красного дерева, которая вела к общему бассейну — тут компания, которая продавала квартиры, не пожадничала, и возвела настоящий пятидесятиметровый шедевр с искусственной волной и водяными горками. Очередной маркетинговый просчёт, семьи, которые могли бы им воспользоваться, в кондо не селились, а людям пожилого возраста бассейн был не нужен. Практически всегда плавательные дорожки были свободны, это Павла вполне устраивало.

Траву стригла обслуживающая компания, она же присылала уборщицу каждый четверг. Это сыграло злую шутку с теми, кто утром посетил дом, чемоданчик оставили наверху, в спальне, под кроватью, поэтому Павел его не увидел. Он не стал подниматься наверх, за полночь просидел в гостиной, изучая материалы, присланные Тимми.

Старый порт начали строить ещё до разделения, когда поняли, что больших континентов поблизости нет, и морской путь для коммуникаций между будущими населёнными островами, а Сегунду намеревались заселить минимум сотней миллионов человек, будет самым рациональным. Температура на планете колебалась от ноля на полюсах до плюс шестидесяти на экваторе, сильные восходящие воздушные потоки теоретически должны были мешать самолётам путешествовать из северного полушария в южное, и наоборот, а большегрузы, закрытые сверху солнечными панелями, с тепловыми насосами на глубине в пятьдесят метров, пересекли бы горячий пояс без особых трудностей. Естественного спутника у Сегунды не было, океан на большей его части стабильно выдавал волнение в четыре балла, с белыми барашками поверх удлинённых волн. На полюсах волнение практически стихало, вместе с ветром переходя в лёгкий бриз, а ближе к экватору усиливалось до шести баллов.

Разделение эти планы прервало, и о Южном полушарии пока никто не задумывался. В Северном тоже островов хватало, если сложить их вместе, они бы сравнялись по площади с Австралией, так что остаткам человечества было куда двигаться. Поэтому порт продолжали строить и после Разделения, хоть и не в первые годы, когда отчаянно не хватало рабочих рук для обустройства.

От Верхнего города до порта по прямой было около четырёхсот километров, а по дороге от Сидаже Алта к Тампе и вниз на равнины — все пятьсот. Рациональнее было бы построить его рядом с Майском или с Акапулько, но в Майске обосновались русские, а в Акапулько плотно засели аргентинцы.