Вампирский роман Клары Остерман

И к стыду своему только в этот миг я сообразила, что это и была наша легенда для прикрытия! Тео столь легко и играючи сочинял на ходу, примеряя на себя новую роль, что я с непривычки никак не могла сообразить, что нужно сказать.

– Как скажете… …жешь, – пробормотала я, оцепенев, и добавила – дорогой муж.

– Значит, обсудим это с утра, – улыбнулся, сверкая белоснежными зубами, Тео. – Дорогая хозяйка, если это возможно, мы хотели бы задержаться. Моя прекрасная жена не слишком легко переносит дорогу, и нам, пожалуй, всё же стоит немного отдохнуть у вас.

– Отлично, – тут же преобразилась в лице хозяйка. – Завтра с утра тогда решим все… денежные вопросы.

– Конечно. А сейчас можно попросить сбитня, чтобы согреться с дороги? И пирог с мясом. Я заметил у одного из ваших гостей пирог. Это же лойтурский рецепт? С кровью…

– О, да. Приготовили к Святым дням.

– Отлично. – Тео воодушевлённо потёр ладони. – Милая Мари, что ты желаешь? Может, запечённую курицу? Или что-то полегче, например, бульон?

– Кухня уже не работает, – предупредила хозяйка. – Но пирог, сбитень и каша найдутся. И остался рыбный суп.

– Что ж, – разочарованно повёл бровью Тео. У него крайне живая мимика, наблюдать за ним одно удовольствие – столько тонких, едва уловимых эмоций успевает выразить изгиб его бровей, прищур глаз и подёргивание губ. – Значит, несите что есть. Мясной нарезки ещё. Она же найдётся?

– Конечно, – сдержанно кивнула хозяйка. – И соленья тоже.

– Тебя это устроит, Мари? – обеспокоенно поинтересовался Тео.

– Вполне.

Вымышленные имена, вымышленная история, вымышленные образы – о, лёгкая игривость, с которой Тео сочинял на ходу нашу историю, настолько меня взбудоражили, что я нетерпеливо подпрыгивала на месте, дожидаясь, пока хозяйка отойдёт.

И стоило ей удалиться, как я, не вынимая своих рук из ладоней Тео, наклонилась над столом.

– Мари? – горячо прошептала я и продолжила на лойтурском, как он и просил, чтобы нас больше никто не понял. – Значит, теперь я Мари?

Он улыбнулся – ох, какие же очаровательные у него ямочки на щеках, когда он улыбается – и придвинулся так близко, что мы едва не столкнулись носами, от чего я едва сдержала смущение, но всё же усилием воли заставила себя не отстраниться. Мне ужасно не хотелось, чтобы Тео посчитал меня пугливой наивной дурочкой, которая стесняется мужчин и избегает любых прикосновений."

"– Вам не нравится быть Мари, Клара? – прошептал он мне почти в губы, ещё теснее сплетая наши пальцы.

– Да нет, вполне устраивает. На самом деле, это моё второе имя. Это просто чудо, что вы угадали, – так же шёпотом ответила я. – А кто тогда вы?

– Как бы вы меня назвали? – глаза его сверкали, отражая огоньки свечей, а бледное лицо приобрело тёплый медовый оттенок.