Особый талант

Могу я вас спросить, или только вы задаете вопросы?

— Попробуйте. Постараюсь ответить, если смогу.

— Чем вызван такой интерес к Матвею? То есть я знаю, конечно, что его… Что он погиб, когда брали его квартиру. Не знаю только почему. Что он такое наворотил, что даже ко мне… э-э… возникают вопросы.

— Терроризм. Угон воздушного судна, — сухо ответил Горохов и задал следующий вопрос: — Вы знакомы со Злоткиным?

— Злоткин? Подождите. Боря Злоткин? Конечно знаком. Как раз на похоронах и познакомились. Точнее говоря, на поминках. Он откуда-то из Тверской губернии, если не ошибаюсь. Просил помочь устроиться в Москве. Они с Матвеем вместе служили.

— Ну и как? Помогли?

— Телефон свой я ему оставил. Он мне звонил как-то раз. Договорились встретиться, хотя на тот момент я ничем особым помочь ему не мог. Зато теперь… Я с понедельника директорствую тут. Практически случайно.

— Случайно, значит. Знаете, у меня есть большое желание поговорить с вами на моем рабочем месте. Там, мне кажется, у вас будет больше поводов для откровенности.

— Наверное. Может быть, проще сделать? Вы мне скажите, что хотите от меня услышать, и тогда мне будет проще вам отвечать.

— Мне так кажется. Хотя вам виднее, конечно.

— Ну что ж. Давайте попробуем. Не сказал вам сразу, что заочно мы с вами знакомы уже некоторое время. Знаете, через кого?

— Большаков Иван Николаевич. Знаете его?

— Конечно. Хорошо знаю. Насколько я знаю, он на днях покинул страну. Хороший мужик. Вообще-то, изначально я знал его брата. Но вы, скорее всего, в курсе того, что с ним произошло. Страшная смерть. Иван показывал мне фотографии.

— И вы решили за него отомстить?

В кабинет вошла секретарша с подносом, на котором были расставлены чашки, большой чайник и вазочка с печеньем. За пару дней она успела запомнить, что ее новый босс не употребляет сахар и, по-видимому, поняла его сегодняшние похмельные мучения, поэтому чайник был самый большой из ее арсенала.

— Честно говоря, — медленно сказал Пашков, разливая по чашкам чай, — возникло такое желание. Но что я могу? Ни карате, ни стрельба по-македонски мне недоступны. Задумал по этому поводу книжку написать про этих зверей.

— Ну и как? Написали?

— Нет. Не пошло. Довольно противная оказалась тема. Сплошная кровь. Кроме непреходящего ужаса, ничего в голову не приходит.

В кармане Пашкова зазвонил телефон, и он, извинившись, достал его из кармана. Звонил Злоткин. Хорошенькое совпадение!

— Нужно срочно встретиться, — сказал он.

— У меня сейчас люди. Часа в четыре… Секунду! — Пашков убрал трубку от уха и спросил у Горохова: — Часов до трех мы закончим?

— Почти уже закончили.

— Часа в четыре я привезу корм собакам и еще что-нибудь. Устроит?

— Вполне, — ответил Злоткин и отключился.