Группа особого резерва

Значит, он возвращался к жизни, к нормальному рабочему состоянию. Но еще не пройден ритуал: нужно спуститься в гостиную, оттуда пройти в столовую и поздороваться с Мариной. Он незлобиво чертыхнулся: конечно же, попрощаться до завтра.

Она ответила как всегда сдержанно, без излишней чувствительности к работодателю:

– Я думала, вы в ночь пойдете.

Он тоже ответил ей улыбкой:

– Так и есть. Приготовь мне ужин. Яичницы будет достаточно.

Она молча приняла заказ. И вскоре, поужинав, генерал попрощался с Мариной и вышел из дома. Когда он сел за руль «Мерседеса», то подумал: «Ночь будет длинной». И хищно сощурился: «А для кого-то очень-очень короткой».

Как именно пробрались террористы на борт – существовало несколько версий. Но генерал лично руководил погрузкой, заходил в грузовую кабину. Там никого не было. И директор «Фирмы» пришел к единственному выводу: террористы – это группа Романа Кудрявцева, пусть даже сам Роман стал жертвой сговора своих подчиненных."

"С другой стороны, подозревать инкассаторов в захвате самолета нельзя. Против их участия в захвате говорило то, чего в кабине не было, – контейнеры. Они могли сбросить груз, а сами по каким-то причинам опоздали. Это была вполне рабочая версия. В этой связи генерал припомнил, что во время погрузки контейнеров в самолет Роман Кудрявцев нервничал. Почему? Ему предстоял рядовой полет. Недавно он сопровождал груз – пятьдесят миллионов долларов на Сахалин. Банк участвовал в сделке по слиянию двух из пяти нефтедобывающих компаний острова наличными деньгами. Генерал в деталях припомнил поведение Кудрявцева… Тот почти не общался с товарищами, и те, кажется, сторонились его. У Короткова родилось иное определение: дистанцировались. Невольно, разумеется, под давлением своего коварного плана. И еще одна деталь припомнилась генералу: когда он прошел рампой в грузовой салон, Роман Кудрявцев долго смотрел на него странным взглядом. А до этого неохотно посторонился, пропуская шефа. Сейчас генерал с убежденностью мог сказать, что сопровождалось это ревностным взглядом подчиненного. По сути дела, генеральские ботинки топтали пол, на котором каждое ребро рифленки было занесено в реестр или смету плана Романа Кудрявцева. Все так, все так, нервно размышлял генерал. Он все больше распалялся, как если бы застал Романа со своей женой. А может, оставил с ней? Ну что за бардак в голове?.. Генералу нужно было успокоиться. Он налил в стакан традиционной «Метаксы», сделанной из изюма и разбавленной мускатом, и выпил в два глотка. Поймал себя на мысли, что не хочет успокаиваться, что эта взвинченность сейчас ему необходима. К лицу? Черт его знает… Она излечивала его, действуя на манер акупунктуры. Он буквально чувствовал под кожей десятки острых игл.