Море Осколков

— По правде говоря, ты там наверху, конечно, нефиговую штуку отмочил, — и даже Колючка почти улыбалась, а глаза ее блестели, и она тоже колотила по веслу. — Нефиговую, да!

И Бранд почувствовал, что его распирает от гордости. Такого с ним никогда еще не бывало. Сколько ж воды утекло с тех пор, как он остался стоять один-одинешенек на пустом морском берегу у стен Торлбю. Он не принес воинскую присягу, но все равно нашел себе ладью. И команду. Семью. Эх, видела б все это Рин! Он так и представил себе ее лицо, как она на это все смотрит. И тут же в носу захлюпало, и пришлось делать вид, что в глаз соринка попала. Вот теперь он пребывал в свете. Совершенно точно. Никаких сомнений. В свете — и никаких гвоздей.

— Эй вы, ленивые ублюдки, хватит стучать! — проорал он срывающимся от волнения голосом. — Весла в руки — и погребли!

Команда расхохоталась и взялась за весла, и «Южный Ветер» заскользил вниз по быстрой Запретной. Теперь они гребли по течению, а буйволы и возницы остались на берегу — ждать нового груза.

Лес кончился, началась степь. Бескрайняя. Открытая всем ветрам. Абсолютно плоская. Миля за милей тянулась она — целое море высокой, зеленой, волнующейся под ветром травы.

— Почему здесь не пашут? — спросил Колл.

Он оседлал уложенную на козлы мачту и старательно вырезал на ней узоры. Ветер мгновенно выдувал стружку из-под ножа.

— Здесь пасут скот. Коневоды, — ответил Доздувой. — Чужаков они не привечают.

— Не привечают — это мягко сказано. Они с них кожу живьем сдирают.

— У князя Калейвского научились…

— А тот — в Первогороде, — заметил Фрор, осторожно протирая вывернутый шрамом глаз кончиком пальца.

— А тех — Бейл Строитель надоумил, во время своего первого набега, — сообщил Ярви.

— Так сдирающие кожу сами попадают под нож свежевателя, — задумчиво протянула Скифр, наблюдавшая за тем, как ветер затейливо лохматит траву, — и кровавые уроки возвращаются учителю сторицей…

И Ральф оглядел реку — и вверх по течению, и вниз по течению, и степь вокруг он обвел прищуренными глазами. Чувствовалось, что кормчий насторожился.

— Но мы не станем брать у них уроки.

— А с чего нам так беспокоиться? — удивилась Колючка. — Уж сколько дней прошло, а ни одного корабля не видели…

— Вот именно. Куда они подевались?

— Вот они. Целых два.

И отец Ярви показал пальцем куда-то вниз по течению.

У него было острое зрение. А вот Колючка сумела все рассмотреть, только когда они ближе подплыли. Изо всех сил выворачивая шею со своего места, она увидела наконец: вот эти черные кучи на берегу — это и есть корабли. Два обугленных скелета каких-то малых судов в кольце вытоптанной травы. Кострище. Точно такое, какое оставляли они на привалах. Каждую ночь.