Ошибка Бога Времени

Отметил прекрасное знание предмета, смелость исторических аллюзий, язык. Предложил издать тематический сборник моих статей за последние годы… экология, социология, история… даже не знаю… – Он вздохнул. – Я же их не храню… придется искать по библиотекам, работы невпроворот. И как раз сейчас, когда наметилось кое-что… Ну, а ты как? Хотел с днем рождения поздравить, снова звонил-звонил… Дай хоть сейчас чмокну! – он наклонился к Юлии и поцеловал в щечку. – Цветы за мной! Когда вернусь из Монако. Ты знаешь, лапуль, я ведь в самом скором времени…

– Леша, – мягко перебила его Юлия, – познакомься, пожалуйста. Это Алекс, мой… друг.

– Рад, рад, весьма, – рассеянно отозвался Добродеев, пожимая руку Алексу. – Юлюшка, позвони, как прочитаешь. Мне нужно знать твое мнение, ты же знаешь, я всегда доверял твоему вкусу. И посоветоваться хотелось по одному делу. Необходимо пересечься. Ты будешь в субботу у Марика? Приходи. Буду ждать! Чмок тебя! Чмок! До встречи!

Он легко, несмотря на внушительные размеры и живот, поднялся со стула и, не взглянув на Алекса, унесся прочь. Мужчина-олень.

Они сидели в углу большого, слабо освещенного ресторанного зала под деревом с мелкой густой листвой. Дерево росло в настоящем бочонке, стянутом железными обручами. Это был не пляжный ресторан, продуваемый морским бризом, а самый обыкновенный, местный. И толпа вокруг была не безликая и равнодушная, в которой так легко затеряться, а тоже местная, своя, «нашенская», как говорила Ирка, от глаз которой не спрячешься. Когда Юлия пригласила Алекса на ужин в «Прадо», ей показалось, что он слегка смутился и секунду-другую не знал, что сказать. А может, все это было лишь плодом ее воображения, обостренного интересом к его жизни, о которой она ничего не знала, кроме каких-то незначительных мелочей – вроде того, что из еды ему нравится, а что нет, и рубашки какого цвета он любит больше всего. Было еще что-то, неосознанное… Ах, нет, вполне осознанное чувство неловкости за то, что он намного моложе и она в его глазах уподобляется богатым немолодым женщинам, покупающим себе молодых любовников. «Какая ерунда, – говорила она себе, – у нас же все по-другому», но чувство не проходило и царапало внутри.

Был когда-то французский фильм – история овдовевшей очень немолодой женщины, прожившей скучную жизнь с заурядным, жадным и холодным человеком. Оглянувшись вокруг, она вдруг поняла, что жизнь не черно-белая, а разноцветная, и стала совершать странные, с точки зрения дочери и зятя, поступки. Она купила себе красное платье – о таком она мечтала еще девушкой, и шляпу с цветком, и свела закомство с подозрительными личностями – забубенными пьяницами, чуть ли не воришками, очарованная их искренностью и легким отношением к жизни.