Опера вызывали?!

Пьяные в зюзю!

В вазе на подоконнике стоял огромный букет, стол ломился от закусок, а эта пьяная парочка твикс… Даже не обратила на меня внимания!

— Женя! — позвала я.

Громов медленно обернулся, с трудом сфокусировался на мне, а я заговорщицким шепотом спросила у стоящей рядом мамы:

— Что здесь происходит?

— Лилечка… — умилился Гений, когда наконец его взгляд остановился чуть левее меня.

Подозреваю, что отец упоил его так, что у опера двоилось в глазах.

— Пап, — позвала я.

Отец сидел за столом, удобно опираясь щекой на кулак и мечтательно смотрел куда-то вглубь себя. Сколько же они выпили?

— Лилечка, я пришел… — с трудом выговорил Женя.

Его язык заплетался, а сам опер с трудом удерживался в вертикальном положении.

— Я вижу, что пришел, — согласилась я.

Неожиданно Гений поднялся, бухнулся на колени и пошатнулся.

— Прости, пельмешка, я такой пьяный, — шатаясь, как мачта корабля в шторм, повинился опер.

— С кем не бывает, — нервно хмыкнула я.

— Но я… В общем, люблю тебя. Сильно-сильно, — душевно произнес он, прикрывая глаза.

Я испугалась, что сейчас он так и уснет — стоя на коленях в центре нашей кухни, но Женя оказался крепким орешком.

— Я… — он снова покачнулся.

— Жень, тебе бы поспать, — робко предложила я.

Неожиданно отец грохнул кулаком по столу и гаркнул:

— Молчи и слушай! И не вздумай отказаться! Довела мужика до ручки!"

"— Я? — округлила я глаза.

— Молчи, Лиля! — приказал папа и снова ушел в себя.

— Я с тобой быть хочу, — найдя поддержку в лице очень тяжелой артиллерии и благодарно обернувшись в сторону папы, продолжил Женя, — верь мне, а?

— Верю, — выдохнула я и подошла ближе.

Протянула руку, зарываясь пальцами в его волосы и блаженно выдохнула.

— Пойдем спать, Жень? Завтра поговорим.

Обернулась через плечо к маме, взглядом прося поддержки.

Громов с трудом поднялся, вздохнул, взял меня за руку и позволил увести его в мою комнату.

Упал на кровать, распластавшись на ней, как снежинка, и тут же уснул. Я заботливо накрыла его одеялом, прислушалась к тишине в квартире и пошла выяснять, что у нас случилось.

Вышла в гостиную и только в тот момент заметила еще несколько букетов, которые расставила мамочка. Ваз не хватило, и цветы стояли еще и в трехлитровых банках.

Я прошла в кухню, где мама, стоя ко мне спиной, мыла посуду. Почувствовав мое приближение, она обернулась, выключила воду и очень тепло улыбнулась.

— Рассказывай, — попросила я, цепляя со стола кусочек колбаски.

— Я так понимаю, зять у нас будет из органов.

Я смутилась и даже жевать перестала.

— Он пришел три часа назад, — не стала мама держать интригу, — с цветами, серьезный такой. Нервничал. И сразу к отцу твоему. Я вмешиваться не стала, звонила тебе, но телефон был выключен. Думала, папа его выгонит, а они коньяк открыли.