Иван Опалин

— Варя, какой же я идиот! Прости меня, пожалуйста… Надо что-то делать, в милицию идти, к Опалину… Это что, Митька был?

Варя несколько раз кивнула, плача.

— Все деньги, Максим…

— Плевать на деньги, придумаем что-нибудь, займем… Но, Варя, так нельзя! Надо жаловаться…

— Он мне грозил, что, если мы пожалуемся, они тебя подкараулят и зарежут, — простонала жена.

— Ах, скоты! Варя! Ну ты же понимаешь, что это вранье, они запугивают…

— Да, конечно, запугивают! Вон, в газете твоей то и дело пишут, как хулиганы кого-то убили… Максим, не надо ничего делать! Я тебя прошу… Они убьют тебя, и ничего им не будет! У них у всех пролетарское происхождение, к ним суд строг не будет…

— Варя, у тебя же нос сломан, — пробормотал Басаргин, дергая щекой. — Хорошо еще, что глаз не выбили… Господи! К черту происхождение, к черту суд…

Затрещал звонок.

— Ах, боже мой! — расстроилась Варя. — Как же я покажусь в таком виде?

Она опустилась в кресло, комкая платочек и вытирая слезы. Басаргин вышел и через минуту вернулся с Опалиным.

— Послушай, тут такие дела… — начал писатель. Но Иван уже все увидел, все понял, только выводы сделал неправильные.

— Это ты ее, что ли? — угрожающе спросил он, надвигаясь на Басаргина.

Варя вскочила на ноги и бросилась к ним.

— Нет, Ваня, что вы! Это хулиганы… на улице… Сумку отняли, с деньгами…

— Надо что-то делать, — сказал Басаргин. — Так дальше продолжаться не может! А она говорит, что они угрожали меня убить, если мы станем жаловаться…

— Они знают, где мы живем, — подала голос Варя. — Ими наш сосед сверху верховодит… Дмитрий Павленков… И у него ватага, человек пять…

— Как он выглядит? — спросил Опалин.

Варя стала объяснять:

— Ну… такой… лет 17 ему, но выглядит старше… Чуб торчит из-под кепки, спереди один зуб выбит… курит…

— Где они шляются обычно?

— Здесь или на соседних улицах, — подал голос писатель. — Рядом старый дом в стиле барокко, там подворотня, в ней они подстерегают прохожих.

— В каком-каком стиле? — переспросил Опалин, прищурившись.

— Серый дом, — пришла мужу на выручку Варя. — В три этажа…

— Да? — сказал Иван. — Ну ладно…

Он почесал щеку, бросил взгляд на Варю и, стиснув челюсти, двинулся к выходу.

— Ты в угрозыск будешь звонить? — спросил Басаргин, когда они вышли в коридор.

— Зачем? Сам справлюсь.

— Ваня, их много, и они опасны. Это мразь, понимаешь? Я с тобой пойду.

— Не надо, — ответил Опалин неприятным голосом, отстраняя писателя. — Твоя жена для меня пела, когда я… когда я совсем расклеился. Так что за мной должок."

"Басаргин посмотрел, как помощник агента угрозыска уходит — стремительной, решительной походкой, которая не сулила его врагам ничего хорошего, — и медленно закрыл дверь.