Иван Опалин

Стол Логинова был царских еще времен и, наверное, мог бы рассказать немало интересного, обладай он даром речи. Он излучал ауру солидности и так крепко стоял на своих ножках, что при одном взгляде на него становилось ясно — именно тут находится центр вселенной, а если даже и нет, тем хуже для него. Опалин потрогал столешницу красного дерева и почувствовал, как вырос в своих собственных глазах.

""Пришла и брата привела… Интересно, что у них есть?""

Через минуту Маша нарисовалась на пороге, ведя за собой вихрастого подростка, чье лицо выражало сложную смесь протеста и покорности. Что касается самой Маши, то Опалин сразу же заметил — девушка нервничает.

— Здрасте… Вот, это он у нас был, — сказала Маша, поворачиваясь к брату и кивая на Опалина, который при ее появлении поднялся из-за стола. — Агент Опалин папу ищет… Это Шура, мой брат, — добавила она, спохватившись, что не представила своего спутника. — Мы к вам пришли… он не очень хотел, но я подумала, что вы, наверное, захотите его расспросить… Вот.

Она поглядела на Опалина, отчего-то покраснела, завела за ухо прядь волос и принялась копаться в сумочке. Иван раздобыл два стула и поставил их возле стола Логинова, а сам вернулся на место. Маша протянула ему сложенный лист бумаги.

— Это Шура нашел… Я подумала, что вы… что вам надо это увидеть…

Она сделалась необычайно серьезной, в глазах застыло трагическое выражение, и Опалин сразу же понял, что листок не заключает в себе ничего хорошего. Развернув его, Иван увидел выведенную корявыми печатными буквами фразу:

Ты здохнеш в муках

Больше на листке ничего не было.

— Так, — молвил Иван, почесав шею. — Ну… садитесь и рассказывайте, где вы это нашли.

— У папы в портфеле лежало, — сказал Шура ломким юношеским голосом.

— Стоп, — насторожился Опалин. — В каком портфеле?

— С которым он на работу ходил.

— А ты?

Подросток потупился:

— Я на мороженое деньги взять хотел. Ну и… увидел вот это.

— Когда это было?

— Мы только с юга вернулись. Ну, несколько дней назад. Точно не помню.

— Листок был в конверте?

— Не было там никакого конверта. Я все осмотрел.

— Просто листок с угрозой?

— Да.

Опалин отлично помнил: когда он лично осматривал портфель Колоскова, никаких листков с угрозами там не было. Сказать, что это обстоятельство его смущало, — значит ничего не сказать, но он решил прояснить все до конца:

— Значит, ты нашел листок и стал искать конверт. Конверта не нашел. Дальше что?

— Ну… Я забрал письмо.

— Зачем? — безжалостно спросил Опалин, прожигая собеседника взором насквозь.

— Не хотел, чтобы мама видела. Я знал, что она будет разбирать портфель. Увидит — совсем с ума сойдет.