Иван Опалин

 — Или он ее с собой носил?

— Нет. Она в его вещах должна быть.

Соня сорвалась с места и метнулась в другую комнату. Волей-неволей Опалин и Басаргин последовали за ней. Стол с несколькими номерами ""Красного рабочего"", стул, кровать, перед ней вышитый половичок. Соня отчаянно стала рвать ящики из пазов — они не поддавались. Она сломала ноготь, но выдрала один ящик, затем другой, опрокинула на кровать и стала перебирать содержимое. Галстук, коробка от дорогих папирос, несколько фантиков, бритвенный прибор, зеркальце к нему, всякие мелочи. Никаких фотографий — ни одной. Изменившись в лице, Соня стала разворачивать и трясти газеты.

— Я же видела… — бормотала она. — Он в столе ее хранил!

— Может быть, взял фото с собой? — не выдержал Басаргин.

— Зачем? Оно довольно большое, его неудобно носить…

— Фамилия фотографа там стояла? — вмешался Опалин. Соня кивнула. — Как фотографа звали?

Но Соня не помнила. Она повалилась на кровать, закрыла лицо руками и зарыдала.

— Доктор, принесите воды, — распорядился Опалин. И Максим Александрович побежал за водой.

""Бедная девушка, бедные старики… Что же теперь с ними будет?""

Он принес воду, и Соня выпила ее, лязгая зубами о стакан. Она немного успокоилась, и к ней вернулась ясность мысли.

— Я не могу понять, куда делась фотография, — призналась она.

— У вас нет собаки? — спросил Опалин.

— Была, но ее сосед застрелил. Это его кот к нам шляться повадился.

Собеседник пожал плечами.

— Либо кто-то влез в дом и забрал ее, либо ваш брат унес ее с собой. Когда вы его видели в последний раз, что он говорил? Может быть, упоминал, куда собирается?

— Я же говорю, он от меня таился! — с отчаянием воскликнула Соня. — Если бы я знала, разве бы не сказала…

Но Опалин не отступал, и они стали перетряхивать обрывки воспоминаний, пытаясь зацепиться хоть за что-то.

— Сказал: вы меня не ждите, я у Никиты заночую… — вспоминала Соня.

— Что за Никита?

— Приятель его, Телегин… Он на Большой Садовой живет. Да не ночевал брат у Никиты, Коля просто так говорил, когда собирался у нее остаться…

— Допустим, но почему вы так уверены, что в ту ночь ваш брат у него не появлялся? Вы звонили Никите, спрашивали?

— Да какое звонили, тут до ближайшего телефона пока доберешься… — Соня тяжело вздохнула. — Нет, я прямо к нему поехала, на Большую Садовую. И с ним говорила, и с дворником ихним, и с соседом. Все мне сказали, что Коля не приходил… вот тут я испугалась…

Опалин заговорил о Норе, и опять стали вытаскивать из памяти обрывки, перебирать их, искать хоть какой-то след. Басаргин, не удержавшись, вышел покурить, тем более дождь уже кончился и снаружи можно было находиться без всякого ущерба для здоровья или одежды. ""Какой терпеливый, въедливый ум… — размышлял писатель об Опалине.