Иван Опалин

По крайней мере, так казалось Яше до тех пор, пока он не поймал себя на том, что уже выболтал новому знакомому подробности своего детства и юности, а в настоящий момент делится с ним соображениями по поводу знакомой девушки — хохотушки по имени Настя, которая очень нравится Кауфману, причем раньше он о ней не говорил даже родной матери.

""Как! — молнией мелькнуло в Яшиной голове. — Как так может быть, что я знаю его меньше часа, а уже рассказал ему о школе, о комсомоле, о Насте… О Насте! Ой, ой, ой…""

— Как это вы так делаете, Антон? — не удержался он. — Вы же… я же… Я же все, можно сказать, добровольно вам выложил! Хотя вы даже не спрашивали!

Антон усмехнулся, потирая мочку уха.

— Это, как говорит Ваня, талант, — важно объявил он и поглядел за окно. — О, а наш объект, интересно, куда намылился?

Возможно, среди нескольких миллионов москвичей Иван Савельевич Яхонтов оказался самым удобным объектом для слежки. Общался он исключительно с дворниками и домработницами соседних домов, отлучался в пивную по соседству и реже — в магазин, а все остальное время находился во дворе или у себя в пристройке, где активно злоупотреблял спиртными напитками, не отвлекаясь на чай и тому подобные глупости.

— Ты не расслабляйся, — посоветовал Антон Яше, видя, как тот мечется из угла в угол. — Мы все равно будем за ним следить. А то иногда бывает тоже — с виду одуванчик, а потом выясняется, что он в сговоре с бандитами.

С точки зрения Яши, Яхонтов ни в коей мере не походил на одуванчик, но вовсе не это выводило его из себя.

— Антон, вам не кажется, что это не жизнь?

— В смысле?

— Ну взрослый человек, неповторимая, уникальная личность, а на что тратит время, которое ему отпущено? Вот чего я не могу понять! Болтает со знакомыми, пьет, спит, поднимает пыль метлой — и все! Дома ни одной книги, даже газет нет… Я понимаю, его задело, когда от него ушла жена, но все-таки — зачем так опускаться?

Антон, потирая пальцем висок, с любопытством смотрел на Яшу. Рейсу импонировала горячность собеседника, но он не был склонен ее разделять.

— Яша, скажу тебе честно — ничего, что на ты? — Яша заверил его, что ничего. — Меня не интересует, на что человек тратит свою жизнь, если его действия не подпадают под статьи Уголовного кодекса. Мы здесь не для того, чтобы исправлять Яхонтова, а для того, чтобы понять, заодно он с бандой или нет. Предлагаю на этом и сосредоточиться.

Само собой, Яша возмутился и произнес пылкую речь о том, что человек должен быть сознательным, и не только потому, что жизнь у него одна, но и потому, что он является частью общества.