Иван Опалин

 — Еще не хватало, чтобы я какой-то домработницы боялся…

— Она не просто домработница, она папина дальняя родственница и почти член семьи, — строго ответила Рая, поправляя туфлю, которая чуть не слетела, пока ее обладательницу держали в воздухе. — И он, знаешь, ее слушает…

— Что, и в государственных делах тоже? — необдуманно ляпнул Юра.

Рая поглядела на него с укором.

— Что за глупости ты говоришь! Ниловна следит за домом. А что касается государственных дел, так папа еще не нарком, хоть и занимает высокий пост… Пойдем, купим лимонаду, ты мне расскажешь, как у тебя дела. По телефону я ничего понять не могу! И кто этот Опалин, про которого ты постоянно говоришь?

Казачинский забыл обо всем и принялся увлеченно рассказывать, перескакивая с одного дела на другое. Продавец в деревянной будочке, состоящей из прилавка с навесом на четырех столбиках, налил молодым людям два стакана лимонада, и Юра заплатил за оба, не обращая внимания на протесты Раи.

— В общем, я так понимаю, тебе там хорошо, — сказала девушка. Допив лимонад, она раскрыла зонтик от солнца и изучающе смотрела из-под него на Казачинского.

— Да, там отличные ребята! — ответил он искренне. — И тому, что я с ними познакомился, я обязан твоему отцу. Это же он сказал, что я должен заняться настоящим делом, доказать, что я серьезный человек… ну и рекомендовал меня…

— А я почему-то думала, что тебе будет тяжело, — заметила Рая. Она взяла Юру под руку, и они медленно двинулись по улице.

— Почему?

— Ну, ты же только что был в кино, а тут — угрозыск… Не боишься?

— Может быть, немножко, — признался Юра, помедлив. — Когда разрешат носить оружие, буду чувствовать себя увереннее.

— Какой-то Твардовский или Твердовский доложил папе, что твой начальник тобой очень доволен. — Рая засмеялась. — Нет, ну я не верю: неужели ты будешь задерживать бандитов? Как такое вообще может нравиться? Особенно после фильмов…

Казачинский немного растерялся. Он чувствовал в ее словах какую-то подоплеку, которую не понимал и которая смутно его беспокоила. ""Почему она говорит о кино? Она что, теперь жалеет, что я больше не снимаюсь? Но ведь трюкач — даже не актер, у него вообще никаких прав нет. Можно выполнить фантастический трюк, но публика все равно будет верить, что его делал другой человек…""

— Я еще никого не задерживал, — признался он. — Я вообще только учусь у Опалина… и других… Форму вот получил сегодня нормальную…

— И это все ради меня? — протянула Рая так, словно сомневалась. Она улыбалась, но Юра заметил не улыбку, а именно сомнение и обеспокоился.

— Конечно! А ты думала, я не смогу?

— Ничего я не думала. По-моему, в угрозыске должно быть скучнее, чем в кино.